В долине Бзыби наступила ночь, а на гребне, где стояла палатка, все еще было светло. Нас мягко окутал загадочно-безмолвный вечер. Травы, палатка, наши лица, горы и небо — все погрузилось в розовое зарево тонких и нежных оттенков. Это было настолько красиво, что мы сели на розовую траву, достали четки и молились, пока не подступила темнота. Разговаривали мы шепотом, не желая тревожить этот не от мира сего удивительный розовый свет, который тихо угасал на наших лицах, словно это было сокровенное свидание с небесами.
Стемнело. Резкий холод потек с вершины. Мы поднялись с камней. Вдруг Андрей застонал.
— Что с тобой?
— Батюшка, ногу свело. Разогнуть не могу. Нужно делать массаж ноги! Сам я не смогу его сделать…
Оказалось, что у него редкое заболевание: ленточные мышцы бедра могут от холода захлестнуть друг друга. Это может произойти и от неудачного положения ноги. В палатке Андрей лег на живот, и из его объяснений я пытался понять, что мне нужно делать.
— Только один доктор в Лавре умеет вправить мышцу, — стонал Андрей.
— Если вы не вправите ее, я не смогу идти с тяжелым рюкзаком…
Я взялся вправлять ему ногу, не представляя себе, что из этого может получиться. Мой спутник был атлетического телосложения, и нащупать захлестнувшуюся мышцу было очень тяжело.
— Ну и нога у тебя, Андрей, — вырвалось у меня от усталости. — Как у слона!
— Делайте, батюшка, другого выхода нет. А я постараюсь молиться…
Час шел за часом, мы отдыхали и снова пытались вправить мышцу.
К счастью, наконец-то что-то щелкнуло, когда я разминал ногу, и она выпрямилась.
— Батюшка, получилось! Слава Богу! Теперь нужно быть осторожнее, чтобы снова не свело… И боли почти нет! Невероятно… — радовался Андрей. — А вы помните, как вы это сделали?
— Нет, Андрей, не помню…
— Жаль… — вздохнул он.
Радостные, мы забрались в спальники. Над палаткой бродил тонкий свет нового месяца.
Утренний чай из белых цветков дался нам с большим трудом. Его пришлось готовить на слабом огне из тонких веточек, вдоволь намахавшись ковриками, чтобы раздуть огонь, и наглотавшись дыма.
Ища выхода на верх скальной стенки, мы обнаружили едва заметную тропинку, ведущую в небольшой лесок в узкой щели среди отвесных скал.
— Смотри сюда — трос! — указал я рукой Андрею.
Это стояла охотничья ловушка — петля на медведя. Стало ясно, что поблизости есть люди. Тропа зигзагом уходила круто вверх, лавируя между скальными башнями.
