Мои молитвы Деве-Летописице будут посвящены тебе, твоей шеллан и вашему малышу.
К тому времени, как свою радость начали выражать Вишес и Бутч, Зед сел. Вытер лицо. Господи, какой же он слюнтяй — всего себя зарыдал. Черт. Хорошо хоть, никто из них не обратил на это внимания.
Глубоко вздохнув, он оглянулся в поисках Фьюри… и увидел своего близнеца.
С того дня, как они забрали его у лессера, прошло два месяца — волосы его отрасли до подбородка, а шрам, который он сам себе сделал, давно пропал. Но глаза его были пустыми и грустными.
А сейчас печаль в них только усилилась.
Фьюри вышел вперед, и все замолчали.
— Должно быть, мне понравиться быть дядей, — тихо сказал он. — Я так рад за тебя, Зед. За тебя тоже… Бэлла.
Зейдист схватил руку близнеца и сжал так сильно, что почувствовал его кости.
— Ты будешь хорошим дядей.
— И, может быть, хранителем? — Предложила Бэлла.
Фьюри склонил голову.
— Это честь — быть хранителем вашего малыша.
В фойе торопливо вошел Фритц, неся на подносе изящные стеклянные фужеры.
Взволнованный доджен сиял от счастья.
— Чтобы отпраздновать событие.
Голоса смешивались между собой, раздавался звон передающихся из рук в руки бокалов, смех. Зейдист посмотрел на Бэллу, когда кто-то сунул ему в руку фужер.
— Я люблю тебя, — одними губами сказал он. Она улыбнулась в ответ и положила что-то в его ладонь. Свое ожерелье.
— Носи его с собой всегда, — прошептала она. — На удачу.
Он поцеловал ее руку.
— Всегда.
Внезапно Роф выпрямился во весь свой огромный рост, поднял бокал с шампанским и закинул голову назад.
Его крик был таким громким, что, казалось, сами стены особняка пошатнулись.
— За малыша!
Все поднялись на ноги, подняли бокалы и прокричали во всю мощь своих легких:
— За малыша!
Ах, да… Естественно, стройный хор их голосов был достаточно громким, чтобы достичь священных ушей Девы-Летописицы. Этого требовали традиции.
«Какой правильный тост», — подумал Зед, притягивая Бэллу, чтобы поцеловать в губы.
— За малыша! — Еще раз проорали жители особняка.
— За тебя, — прошептал он Бэлле. — Налла.
Глава 50
— Да, ну, я мог бы обойтись и без обморока, — пробормотал Зед, заворачивая на подъездную дорожку, ведущую к дому, где временно жила семья Бэллы. — И не выплакивать себе все глаза. Точно, без этого было бы куда лучше. Господи.
— Я думаю, это было очень мило.
Застонав, он заглушил мотор, взял Сиг-Сойер и обошел Эскалейд, чтобы помочь ей выбраться. Черт возьми. Она уже открыла дверь и ступила на снег.
