— Ты ведь дал мне возможность всё делать самой, и я ценю это. Мне больно. Не буду врать. Но ведь это делает меня человеком. Я чувствую эти эмоции, переживания. Я живу… — я обняла отца за талию, подняла глаза на него. Он словно сдался, склонился ко мне и обнял за плечи. — Я чувствую себя живой. Это бесценно.
— Лира, моя девочка. Я как отец никогда не хотел бы, чтобы ты проходила через подобное, — покачал он головой.
— Ты как отец самый лучший, я ни разу не пожалела о том, что пришла к тебе. И даже сейчас я знаю, что сколько испытаний и боли не выпало бы на мою жизнь, у меня есть место, где мне станет спокойно.
У меня есть ты, который поддержит, выслушает и поймёт меня.
Отец оставил поцелуй сухими губами на моём лбу и крепко обнял. Я прижалась к нему и вдохнула такой родной запах смолы и сосновой хвои.
— Я совсем поседею с тобой. Ну давай я пойду в эту коллегию.
— Не нужно.
— Пригрожу им. В конце концов, ты ведь знаешь, что я тоже на что-то способен.
— Не нужно. Я ведь уже взрослая, — я отстранилась от отца.
— Я сама. А ты не волнуйся.
Время пролетело до вечера быстро. Я не стала оставаться у отца. У того опять было много работы. Но мы договорились, что я приеду к нему на выходные, а это уже через пару дней.
Он проводил меня до омнибуса, снова поцеловал в лоб. Я видела по его лицу, что тому неприятна вся эта ситуация со мной. Он очень переживал.
Я помахала ему рукой. После встречи с отцом в моей душе наступила гармония.
Уже порядком стемнело, когда я добралась до дома.
Но уже на подходе к дому я увидела слишком дорогой мобиль напротив подъезда и ещё один такой же рядом.
Подняла глаза. На кухне горел свет.
Глава 16
Дверь моей квартиры была гостеприимно открыта одним из верзил, что стоял на лестничной клетке.
Я прошла, сняла обувь и пиджак. Сумочку положила на старый комод. Вошла на кухню.
— Где ты была? — не поворачиваясь спросил он.
— Я должна отчитываться? — склонила голову к плечу и прошла к графину с водой.
Дрейкмор тоже был без пиджака, а рукава белой рубашки закатал до локтей, открывая вид на мощные предплечья.
И он не изменял себе. Снова что-то читал, а потом, размашисто подписав, отложил в сторону документ.
Усмехнулся и наконец посмотрел на меня. Я стояла к нему лицом. Сделала глоток холодной воды.
Он медленно встал и вальяжно приблизился ко мне. На резком, словно вырубленном из камня лице было предвкушение.
Не увидеть его было сложно.
Он охотник, а я его добыча.
Стало жарко.
