— Лежите в своих каменных домиках? И лежите! Нечего к людям приставать! Я грязнокровка! Что вам нужно от меня?!
Когда я быстро шагала к двери, мне показалось, что в воздухе слышится тихий смех.
Если честно, я уже ничему не удивлялась. Единственное, что заботило меня: почему вся эта магическая история прилипла именно ко мне? Нет, здесь положительно имелась какая-то тайна, но я разгадаю ее!
Чтобы не думать о странных вещах, творящихся вокруг моей персоны, я решила сесть и записать все, что мне понадобится для постоялого двора.
Мне хотелось, чтобы интерьер был в стиле прованс. Значит, сначала нужно определиться с цветом. Небесно-голубой, нежно-оливковый, сиреневый и мягкий оранжевый… Плюс к этому прованс отличается множеством растений: цветы в вазах, в качестве принтов и узоров на шторах и остальном текстиле. Фарфоровые фигурки, много тканевых изделий из шерсти, льна и ситца… м-м-м…
В холле можно отделать стены деревянными панелями, украсить их картинами с пасторальными сюжетами и натюрмортами.
А для покрытия пола использовать стилизованные ковры и дорожки.
— Небесно-голубой и нежно-оливковый… — прошептала я, кусая карандаш. — Да, именно эти цвета.
Мне доставляло истинное удовольствие мечтать о будущем интерьере. Разгладив листы записной книжки, я принялась записывать свои задумки, совершенно позабыв обо всем на свете.
Глава 51
На следующий день я решила посетить городской совет прямо после завтрака. Если появились проблемы, нужно решать их сразу. Понятно, что они сейчас засунут мое прошение куда-нибудь подальше, но под лежачий камень вода не течет!
— А где Тония? — я удивленно оглянулась.
— Она что, ушла с Балриком разносить почту? Но я не просила ее.
— Нет, Балрик ушел первым, — ответила Тилли, убирая со стола. — А девушку я не видела с самого утра.
— Жозеф? — я посмотрела на мальчика, который делал вид, что ему очень интересна начинка пирога. — Жозеф!
— А? Что? — он поднял на нас глаза, старательно изображая растерянность. — Вы что-то спрашивали, леди Рене?
— Где твоя сестра? — у меня начали закрадываться подозрения, что происходит нечто не очень хорошее.
— Я… я не знаю, наверное, спит… — промямлил мальчонка, краснея на глазах. — Я не знаю!
— Да как же спит? — удивленно воскликнула Тилли. — Я проснулась, а ее нет. Думаю, уже на ногах девчонка! Я ведь уснула рано, так разморило после мятного чая, что хоть веки к бровям пришивай!
— Да не ночевала она дома… — раздался насмешливый голос вдовы Блумкин.
