Они никогда не опустятся к тебе, а ты никогда не поднимешься на их уровень. Убери мысли о них из своей головы, — я старалась говорить все это со всей серьезностью, на которую была способна. — Не будь дурочкой.
— Я же сказала, что не думаю о них, — девушка немного покраснела, но не от смущения. Она злилась. Злилась на мое к ней внимание и на мои нравоучения. — Не переживай, Рене.
Она переключилась на Жозефа, а я решила, что за ней нужен глаз да глаз.
Глава 38
Вечер медленно опустился на город вместе с моросящим теплым дождем.
В окно виднелись размытые огоньки фонарей, а серебристые капли на чистом стекле делали тепло дома еще уютнее. Они разбивались о подоконник, шумели в листве, и эти звуки казались мне чудесными, похожими на волшебство… Мне всегда хотелось поговорить с дождем, рассказать ему о своих тайнах.
Дождь стучит, стучит в стекло,
Тяжело мне, тяжело…
Тише! — кто-то там идет, —
Там за дверью кто-то ждет.
«Кто там? Кто там?!!»
«Это я».
«Здравствуй, милая моя».
«Здравствуй, здравствуй, милый мой,
Где ты был, — ну, злой какой.
Меня сердце привело…
Слышишь? — дождь стучит в стекло?[2]
Но, несмотря на испортившуюся погоду, визиты в этот день, к сожалению, не закончились. Самый интересный из них произошел после ужина, когда все наше многочисленное семейство наслаждалось ароматным чаем. Двери почты были уже заперты, и настойчивый стук заставил нас настороженно переглянуться. Поздние визиты не к добру… А в моем случае это даже не обсуждалось.
Я просто притягивала к себе всякие непредсказуемые ситуации. Как говаривала одна моя знакомая о своих способностях влипать в истории: «То замуж сдуру выйдешь, то со скалы свалишься».
— Я открою, — Тайп Лунч поднялся. — Может, что-то важное.
Этим важным оказался лорд Коулман. Он вошел внутрь и, скинув капюшон темного плаща, отрывисто сказал:
— Оставьте меня наедине с леди Рене. У меня к ней важный разговор.
Тилли, как всегда, недовольно скривилась, но перечить лорду это было чем-то за гранью, поэтому она молча прикрыла дверь, ведущую на кухню.
— Прошу вас, присядьте, — я указала позднему визитеру на кресло. — Что привело вас ко мне?
Гериус устроился поудобнее и пристально уставился на меня, словно это не он собирался поведать мне что-то важное, а я должна была в чем-то отчитаться перед ним.
Мне надоела эта игра в молчанку, и я медленно приподняла бровь, намекая, что пора бы начать разговор.
