Не будет ли зол…
Глава 21
Ник
Идея вернуть Марго в отель мне не понравилась, но она была настроена решительно, и я не стал ей возражать. Но сделал себе зарубку, что не хотел бы, чтобы в будущем она так сильно нагружала себя по работе."
"Тем более, сейчас, когда она выглядела бледно и слабо, и у нее явно болела голова. Но я помню, насколько Марго могла быть упрямой, и не хотел устраивать скандал. Особенно в такой шаткий момент.
– Я хотел кое-что тебе сказать, – сказал я, когда мы подъехали к отелю.
– Если ты переживаешь насчет Евы, то уверяю тебя, я сделал всё, чтобы она больше не появлялась ни в моей, ни в твоей жизни. Ты ее больше никогда не увидишь.
Марго только открыла дверцу машины, чтобы выйти, как захлопнула ее обратно и обернулась, глянув на меня с удивлением.
– Как это не увижу? Она же мать твоего сына.
Я едва не рассмеялся, когда она сделала это предположение. И понял, что ее беспокоило, что она так сильно и обеспокоенно ерзала на сиденье всю дорогу.
И о чем думала.
– Что за чушь? – не удержался я и покачал головой.
Меня едва не передернуло от отвращения, так как Ева Ландау была последней женщиной, от которой я хотел бы иметь детей. Так что я благодарен провидению, что в ту ночь, когда она обманом затащила меня в постель, она не тешила себя надеждой забеременеть от меня. Кто-кто, а она знала, что у меня плохие гены. И она не была из того вида женщин, которая готова была рисковать.
– Она так сказала мне, – пробормотала Марго, выглядела растерянной, так как эта новость была для нее открытием.
Я не хотел, чтобы между нами были секреты и недомолвки, поэтому решил рассказать ей всё, как есть. И пожалел, что когда-то в прошлом не сделал этого сразу. Тогда многих проблем удалось бы избежать, и сейчас мы с Марго жили бы вместе, как и прежде. Не было бы этих трех лет разлуки.
– Ева была его опекуном. Матерью сына была одна из моих бывших пассий, с которой я встречался до тебя.
Она не сказала мне о беременности, умерла при родах. Ева же всё это время, пока не нашла меня, держала мальчишку в интернате, а после, узнав, кто я, сразу же вцепилась в меня мертвой хваткой.
– Бедный ребенок, – прошептала моя сердобольная Марго, и ее глаза наполнились неподдельным сочувствием. – Он ведь наверняка чувствовал, что он ей не нужен.
Я тепло улыбнулся, глядя на нее. Такой и была моя девочка, и ни капли не изменилась.
