Ник налил мне воды, дал сделать несколько глотков, и мне немного полегчало.
– Что-то голова закружилась, Ник.
Я не сказала самого главного, но при этом и не солгала. Он еще пару минут внимательно смотрел на меня, хмурился, словно что-то решал в голове, но в конце концов приставать ко мне с расспросами не стал."
"– Я могу отложить вылет на вечер, остаться с тобой. Вызову врача на дом, пусть осмотрит тебя. В последнее время ты сама не своя, может, со здоровьем проблемы, ты же знаешь, что с этим шутки плохи.
– А отменить поездку никак нельзя?
В моем голосе звучала надежда, что не укрылось от Ника, но он всё равно оказался непреклонен.
– И что, снова появишься на снимках в объятиях своей Евы? И что на этот раз, кстати, у нее случилось? Колесо спустило? Маникюр испорчен?
– У нас с Евой сугубо деловые отношения, Марго. С чего ты так злишься? Разве я когда-нибудь давал тебе повод считать меня предателем?
Глаза Ника потемнели, брови были сведены на переносице, скулы напряжены, и по взгляду я поняла, о чем он в этот момент думал.
Что я сравнивала его и Дена, пыталась найти сходства, чтобы обвинить его в измене.
– А для этого нужен повод, Ник? – сузив глаза, вспылила я. – Я не дурочка и способна увидеть, что эта Ева пытается присвоить тебя себе. И я не намерена терпеть это, наблюдая, как ты потакаешь ее капризам. У нее что, мужчины нет или брата, который поможет ей с машиной? Почему ты вообще занимаешься проблемами своих подчиненных?!
Я перегибала палку, но меня так сильно колотило, что это наложило отпечаток на мое настроение, и без того испорченное тем, что мой муж везде красовался без меня, окруженный красоткой Евой, которая вела его предвыборную кампанию.
Я ведь видела ее фотографии. Она была красивой, с прямой осанкой, уверенной в себе. Такая привлекала мужчин, и как бы я не считала себя не ревнивой женщиной, ее присутствие и близость рядом с Ником раздражала. Хотелось, чтобы она держалась подальше, а не прижималась неприлично к чужому мужу. Знала ведь, что он занят, что женат на мне, а всё равно позволяла себе такие вольности.
Я не была наивной. Знала, что в кругу состоятельных политиков и бизнесменов-толстосумов полно охотниц за чужими мужиками и их кошельком. Многие не гнушались быть любовницами, а некоторые был не прочь увести мужика из семьи.
Может, будь у нас с Ником свои дети, я бы так и не отреагировала, но я вдруг со всей ясностью осознала, что рано или поздно Нику перестанет хватать собственной любви ко мне.
