— Мэрион напугана сейчас! Я предлагаю вернуться в замок и поговорить там, когда мы все успокоимся!
Алисия незаметно нашла мою руку и ободряюще сжала, затем сказала тонким, дрожащим от волнения голосом:
— Поезжайте вперёд, Ваша Светлость! Мы последуем за вами!
— Ну, уж нет, с меня хватит! Моя жена поедет со мной! — впервые в его взгляде, направленном на сестру, не было нежности, но ещё темнее он стал, когда герцог посмотрел на меня. — Подойди, Мэрион. Ты оглохла?
Я вздрогнула от его грозного окрика. Очевидно, герцог Блэк был сейчас не в том настроении, чтобы с ним можно было спорить.
Даже Алисия поняла это и стояла сейчас, оскорблённо поджав губы и глядя в сторону. Я высвободила свою руку из её, и с опаской приблизилась к огромному коню герцога.
Не спешиваясь, герцог протянул руку. Я нерешительно приняла её, а в следующий миг испуганно вскрикнула: мужчина наклонился, подхватил меня под мышки, словно куклу, и усадил перед собой. Мы тут же сорвались с места."
"Я не ожидала этого, взмахнула руками, вскрикнула, откинулась назад, ударилась о грудь герцога и свалилась бы с лошади, если бы его твёрдая рука не удержала меня.
— Держись! — рявкнул мужчина прямо мне в ухо.
Его горячая рука накрыла мои холодные пальчики и впечатала их в переднюю луку седла, после чего я услышала:
— Вздумала закончить начатое, свалившись с лошади?
— Что? — пискнула я, царапая седло в попытке удержаться на коне и сжимая его бока изо всех сил.
— Самоубийство, только так я могу объяснить твою сегодняшнюю выходку.
Он что-то ещё говорил, отчитывая меня, а я вдруг поняла, что смысл слов до меня не доходит.
Впервые мы так близко, настолько близко. Я чувствую спиной его грудь, обтянутую грубой чёрной кожей. Его ладонь на моём животе, прожигает ткань платья. Его тихий злой голос дрожит от ярости, а мне вдруг хочется улыбаться, потому что его ярость сейчас моя, только моя! Всё его внимание сейчас достаётся мне! Не Алисии, не дряхлому жрецу, не леди Вайолет. Мне!
И так спокойно сейчас находиться в его объятиях.
И пусть говорит что угодно, лишь бы был рядом. Ночь вступает в свои права, погружая окрестности в темноту. Воздух становится прохладней и пахнет дымом и баней. Вдали в деревенских домиках загораются огоньки. Вон уже и замок видно. Его окна тоже уютно светятся. Наш дом, подумала вдруг и рассмеялась.
Герцог осёкся:
— Разве я сказал что-то смешное?
— Спасибо, — ответила я, откидывая голову назад, и потёрлась виском о его подбородок. Мужчина напрягся, но не отстранился.
