Илона беспомощно хватала ртом воздух:
— Но, Ваша Светлость, позвольте остаться с вами!
— Не позволю. Спускайтесь в Главный зал и радуйте своим обществом Его Светлость. Это приказ! Ведь я ваша госпожа, не так ли?
— Да, Ваша Светлость, — промямлила фрейлина, приседая, и вышла из комнаты.
Вот и чудно, мстительно подумала я, наслаждайтесь обществом друг друга, ни в чём себе не отказывайте!
Разумеется, после того, как открыто отправила к нему любовницу, я не ждала герцога Блэка у себя этим вечером.
Но Даркнайт пришёл, и, едва он переступил порог моей спальни, я поняла, что он в плохом настроении. В очень плохом настроении.
18. Хочется поверить
Мэрион.
Раз, и я забыла дышать. Два, и Дарину как ветром сдуло из комнаты. Мы остались одни. На герцоге чёрный камзол с серебристыми пуговицами, вероятно, муж поднялся ко мне прямиком из главного зала.
Даркнайт медленно двинулся в мою сторону. Я вздохнула, чувствуя, что груди тесно в тугом ярко-розовом корсаже.
Резко поднялась с пуфа и отошла за кровать, не позволяя мужчине подойти слишком близко.
Герцог Блэк усмехнулся, поднял руку и небрежно прислонился к стойке на кровати, удерживающей балдахин. В тусклом вечернем свете его глаза казались угольно-чёрными. Я словно физически чувствовала его взгляд, скользящий по моей шее, нагло ныряющий в декольте.
Скрестила руки на груди, закрываясь, и поджала губы. Его наглая усмешка усилилась, словно он прочёл мои мысли, словно всё про меня понял.
Снова. Как же бесит! Подняла подбородок и демонстративно уставилась на светильник, стоящий на туалетном столике, делая вид, что его рассматривание очень меня интересует.
— В чём дело, Мэрион? — осторожно начал герцог. — Ты не спустилась к ужину. Почему?"
"Низкий бархатный голос обволакивал, подчинял. Его присутствие волновало. Всего пара будничных фраз, а я уже готова поплыть! Разозлилась на саму себя, дёрнула плечом, сбрасывая наваждение, и процедила, глядя в сторону:
— Не посчитала нужным! Хочу — спускаюсь, не хочу — не спускаюсь! Сегодня не захотела!
— Хм, вот как? — голос Даркнайта стремительно леденел.
— Не удивительно, что у твоей старшей сестры столь отвратительные манеры. Теперь я понимаю, откуда корни: у вас в Шанталь был полный бардак.
В ответ на его слова грудь обожгло возмущением и обидой за Алисию и родительский дом.
