Я задумчиво провела рукой по боку, но знакомых давно жировых запасов не обнаружила — бока стали упругими, разве что живот остался, но значительно уменьшился. Конечно, у меня не было зеркала, но я постаралась себя внимательно осмотреть со всех сторон. Определенно, диета и обилие физической нагрузки сделали то, на что не способен был сидячий образ жизни и карта спортклуба, который я посещала раз в пару недель по обещанию. Даже мысли о потраченных впустую деньгах не мотивировали.
Подняла взгляд наверх — море было уже светлым, но с розоватыми отблесками.
Кажется, солнце поднялось еще совсем недавно, но это и к лучшему, надо поскорее отправляться в путь, тогда успею к обеду исследовать область побольше. Поспешила позавтракать и собраться.
В этот раз я решила выбрать сторону, противоположную предыдущему своему путешествию. Закинула на спину рюкзак, взяла гарпун и отправилась в путь.
Углядеть удачное место, спуститься ко дну, оставить метку, подняться к поверхности, плыть вперед. Найти место, спуститься… то, что вчера казалось слегка страшным приключением, сегодня выглядело уже рутиной.
Дно, на мой взгляд, скорее отдалялось от поверхности моря, чем приближалось, но я старалась не делать скоропалительных выводов и двигалась дальше. Голода я пока не испытывала, это дома хочется то конфетку, то печеньку, то чайку, особенно когда задачи не идут. Тут же из еды всего один вариант, уже довольно приевшийся, но весьма сытный (чистый белок ведь). В желудке еще долго после завтрака ощущение приятной сытости, едва ли не тяжести, так что рано хвост опускать, солнце еще недостаточно высоко.
Устанавливая очередную метку, я растерянно косилась вперед. По направлению моего движения было нечто непонятное, но весьма настораживающее — нечто темное, но отсюда не видно. Это было странно, ведь я отлично видела в темноте, даже внутри своей пещерки. Но я не позволила себе испугаться раньше времени чего-то непонятно-абстрактного, а вместо этого сильнее сжала пальцы на древке гарпуна и отправилась вперед.
Впереди была… было… наверное, если сравнивать с Землей, это можно было бы назвать Марианской впадиной.
Дно впереди ступенями опускалось все ниже, а дальше так глубоко, что даже мое прекрасное ночное зрение не справлялось, и я видела лишь тьму. Возможно, если бы я туда спустилась, то смогла бы что-то разглядеть, но как-то экспериментировать мне не хотелось. А еще здесь, даже у края впадины, было холоднее, чем на привычной мне глубине, и я решила, что нафиг оно мне не сдалось.
