Грудь переполняют восторг и невообразимое счастье. Широко развожу руки, пытаясь обнять весь этот замечательный мир…
Так, а что это за горящее гнездо рядом со мной? Ваал Гал, еще пожара на кухне не хватало! Заливаю кострище водой из кадки.
Страшный вопль режет уши.
Мгм… да это же Лис. Ха-ха. Неудобно получилось. Пытаюсь вытереть голову мальчика кухонным полотенцем, тот вырывается, орет что-то возмущенное. Больно наступив мне на ногу, убегает.
В окно влетает бабочка, машет синими крыльями.
Красивая. В попытке ее поймать спотыкаюсь о табуретку и падаю, сверху обрушиваются кастрюли, сковородки, половники… Ползаю по кухне, собирая разбросанную утварь.
Прихожу в себя уже в спальне. Сижу возле камина, тупо уставившись в огонь.
И что это было? Ох, а голова снова болит, еще сильнее, чем утром! Ну, Лис, ну саламандр-р-ра!
С трудом оторвавшись от кресла, плетусь в библиотеку. Нужно развеяться, книги почитать… Кулинарные. Человечина под клюквенным соусом… Ха-ха.
Шутка. Пробовал. Ничего особенного.
* * *«Благими намерениями вымощена дорога в ад!» — любила назидательно повторять моя бабушка, пребольно тыкая в бок сухоньким пальчиком, и, стоило моему рту возмущенно открыться, злодейским образом засовывала туда ложку с ненавистной овсянкой.
Сегодня в правдивости этих слов я убедилась на собственной шкуре. Нет, вы только подумайте! Ты к человеку со всей душой, хочешь сделать что-то хорошее, последнее, можно сказать, отдаешь! А он что? Вместо благодарности обливает тебя с головы до ног ледяной водой, а потом еще и жамкает, как грязные носки на стиральной доске! Ну да что с него возьмешь… рептилия невоспитанная.
А принцесса? Только я начала проникаться к ней симпатией, как эта особа бесцеремонно заваливается на кухню, портит аппетит, да еще и смеет обвинять меня в воровстве! Меня! Кристально честного человека, который чужого рубля не присвоит, даже если тот упадет ему прямо в карман! Ну да, я взяла эти треклятые шахматы и отдавать их, между прочим, не собираюсь.
Но ведь не украла, а как бы это сказать… реквизировала в качестве моральной компенсации за все пережитые невзгоды.
Я неприкаянно шаталась по коридорам, распугивая крыс, пауков и прочую живность стенаниями, полными то гневного возмущения, то тоски. Не хватало только кандалов, цепей, длинной белой простыни на голое тело — и пожалуйте, призрак замка Кентервиль собственной персоной.
