Этим зловредным «кто-то» был не кто иной, как мой друг — здоровый не по годам детина с соломенными волосами и нездешним именем Джастин.
— Все ясно! — сказала я, пихая друга в ответ. — Сыр — это фрактал!
— Что? — вытаращился Джастин.
— Да так, пустяки, — вздохнула я, откладывая в сторону бутерброд и в очередной раз приходя к выводу, что мир полон удивительных загадок.
— Не будешь? — оживился друг.
— Лопай, — милостиво сказала я. — И куда в тебя только лезет…
Пока Джас с космической скоростью поглощал вожделенное лакомство, я наблюдала за тем, как стайка воробьев дерется за кусок булки, раскрошенной на подоконнике.
Собственная жизнь представлялась мне унылой и беспросветной.
Виной тому была не отвратительная погода, уже неделю донимавшая ослепительным солнцем, жарой и невыносимо спертым воздухом. И даже не химия, трепетно ждущая меня на следующем уроке, как толстая дуэнья в кровати с балдахином — своего тощего жиголо. И уж точно никакого греха не водилось за Джастином, чья физиономия сейчас напоминала морду жующего хомяка.
Жизнь была просто унылой и беспросветной. Безо всяких причин, по определению.
Вы, наверное, скажете, что депрессия для подростка — это нормально. Тем более если у него тощие коленки, плоская грудь и из всех талантов одно только умение — метко плевать в доску бумажными шариками. Наш школьный психолог придерживается такого же мнения, поэтому вчера мне торжественно были выписаны антидепрессанты. Понятное дело, я к ним и пальцем не притронулась.
Всем известно: доверять школьным докторам — все равно что положить голову в пасть аллигатору и попросить не кусаться.
Откинувшись на спинку стула, Джастин сыто погладил живот.
— Спасибо, ты спасла меня от голодной смерти, — проникновенно сказал он.
Так и подмывало съязвить на тему ширины его физиономии и ее потенциального риска треснуть из-за чрезмерного «голодания», но я сдержалась."
"В нашу школу Джас перевелся относительно недавно — несколько месяцев назад.
Всю сознательную жизнь он провел в Америке (хотя русскоязычные родители вложили в его непутевую голову неплохое знание языка), поэтому был счастливым обладателем звучного имени и совершенно неадекватного для российских школьников поведения. Чем отвратил от себя почти всех одноклассников, за исключением меня и горстки флегматичных ботаников.
Впрочем, я всегда славилась эксцентричностью в выборе друзей.
