Он был вполне осязаемым, таким же липким и черным, как все, что осталось от чайханы и ее посетителей.
Маленький, смешной идеалист внутри все еще пытался сказать свое веское «Не верю!» — но разум вопил об опасности. Этот дракон пришел убивать и не уйдет, не насытив свой голод.
Дракон сверкнул гранатовой чешуей, изящно пикируя вниз. Кисточки хвостов колыхались на ветру, словно метелки горящего камыша."
"Я подняла руки… и поняла вдруг, что не помню ни единой магической формулы, как инфантильная отличница, сдрейфившая перед зачетной комиссией.
В нескольких метрах от меня ящер тяжело опустился на землю, взметнув огромный клуб черной пыли. Когти, похожие на кривые медные ятаганы, противно заскрежетали по брусчатке.
Из распахнутой алой пасти остро несло гарью и кровью.
Наблюдая, как верткий раздвоенный язык оглаживает внушительный ряд изогнутых клыков, я грызла губы, силясь вспомнить хоть одно, самое завалящее заклинаньице… Но разум отказывался повиноваться. Перед глазами всплывали то бесполезные сейчас пиктограммы, то обрывки формул, неумелое совмещение которых грозило разнести, к Ваал Галу, половину города.
Ящер шел на меня медленно, волоча по земле наполовину сложенные крылья. Он словно растягивал удовольствие, как гурман, отщипывающий по кусочку от закусок и предвкушающий основное блюдо, — и чем кислее с каждой секундой становилось мое лицо, тем ярче горели торжеством золотые глаза…
Чертовски не хотелось умирать.
Похоже, для дракона я была всего лишь легким полдником, судя по тому, как обильно он пускал густые розовые слюни, — любой более-менее опытный драконолог в такой ситуации не дал бы за мою жизнь и ломаного гроша…
И все же в такие моменты ценность собственной шкуры представлялась мне почти фантастической — даже за самые сладкие коврижки, обещанные Создателем в небесных чертогах, я не согласна была с ней расстаться.
По крайней мере добровольно.
Дракона мои потуги хорохориться и браво выпячивать грудь явно забавляли. Об этом говорили злорадные искорки в выпуклых, умных глазах…
Он был уже совсем близко, распахнутые челюсти, огромные, как ковши экскаватора, могли с легкостью перекусить меня пополам…
Отступать было некуда, бежать — поздно.
Малодушно зажмурившись, я срывающимся голосом выкрикнула первую пришедшую на ум формулу.
И тут же сжалась, ожидая чего угодно — взрыва, огня, мгновенной боли и смерти… С магией опасно шутить.
Ничего не происходило, поэтому спустя пару томительных секунд я решила приоткрыть один глаз.
