— От вашего присутствия ему лучше не станет, а нам нужно разобраться в том, что произошло, — Бичем говорил так, словно показывал – сейчас с ним лучше не спорить. Мое положение и так шаткое.
Но он был не прав. Как раз от близкого присутствия истинной Арону могла стать лучше. Так говорила Вайл. Поэтому, чего бы мне это не стоило, но отходить от оборотня я не собиралась.
Уговорить Бичема мне удалось только после того, как я сказала, что мне тоже нужно в госпиталь. Перевертыш меня душил и мне до сих пор было плохо.
Перед глазами все плыло и каждый вдох давался с трудом. Тут я не врала.
Вместе с собой через портал можно было переносить только одного человека. Я молча перенесла меня и Арона в госпиталь и Бичем, не просто последовал за нами. Он меня отслеживал. Все еще не доверял и думал, что я могу перенестись с оборотнем другое место. А я, ощущая мерзкую приторность этой безвыходной ситуации, не создавала конфликта. Жутко волновалась за Арона, чувствуя сгрызающую меня тревогу.
Как только мы оказались в госпитале, Арон упал на одно колено.
Удивленный лекарь, тут же оказался рядом и попытался помочь парню встать, но тот отказался от помощи. Даже мне не дал поддержать его. Пусть и с трудом, но все же сам поднялся и сел на одну из кроватей.
Я спешно попросила позвать Вайл и буквально через несколько минут она прибежала. Ошарашенно окинула взглядом меня и Арона, а так же Бичема и его людей. Она явно не понимала, что происходило, но тоже видела, что Арону плохо. Поэтому сразу начала его осматривать.
Тем более, при всех этих мужчинах она не смогла узнать у нас о случившемся и о том, почему мы оказались в госпитале под присмотром стражников, а не в зале призыва.
Пока Вайл занималась Ароном, я рассказывала Аргу, что произошло, стараясь на ходу придумывать логическое объяснение.
— Я знала, что на меня сегодня нападут, ведь в полночь я вместе с вами должна была покинуть Дюран и это была последняя возможность добраться до меня. И я понимала, что Кина пришла для того, чтобы обмануть и заманить в ловушку, — горло болело невыносимо сильно и я говорила с трудом.
Изо всех сил старалась не смотреть на Арона, но все равно, время от времени кидала на него очень быстрые взгляды, замечая то, что парень ладонь держал около ребер. Вайл расстегнула ему рубашку и посмотрел на это место, но там даже царапины не было. Почему это происходило? Яд пропускал его через новые уровни боли? Но Вайл говорила, что яд Тысячелетнему не страшен.
