Он думал, что я сегодня в полночь покину Дюран вместе с Бичемом и его людьми, поэтому пришел со мной попрощаться. Нет, не так. Он не говорил «Прощай». Эдергар давал мне новые советы. Как всегда ценные.
Все же я не верила в то, что это он мог быть тем, кто замешан в случившемся, хоть и многое указывало именно на него. Потому, что знала, какой он человек и верила ему. Видела, что, несмотря на сдержанность, он волновался обо мне и, в конце обняв, будто бы не хотел отпускать.
— Я останусь в Дюран, — сказал мне напоследок учитель.
Он намеревался найти того, из-за кого я попала в академию. Может, скоро удастся это сделать, ведь сюда уже прибыли люди короля. Они должны были проводить расследование и несмотря ни на что найти врага.
Когда Эдергар уходил, мне хотелось его окликнуть, но я промолчала. В груди было мерзкое ощущение того, что я его предавала. И это меня сгрызало. Но я не смогла рассказать мастеру про побег. Знала, что он остановит и не даст уйти вместе с Ароном и Брантом. Поэтому молчала.
Лишь написала для него записку, в которой все объясняла. Оставила ее в своей спальне, но скрыла магией, так, что письмо сможет увидеть только мой учитель.
Ближе к семи вечера я уже жутко перенервничала, поэтому очень сильно насторожилась, когда услышала какой-то шум, доносящийся в мою спальню из коридора. Быстро открыла дверь и украдкой выглянула. Сразу увидела Кину, чему жутко удивилась.
— Пустите! Пустите меня к Амели! – девушка была заплаканной и, казалось, впала в состояние истерики.
Пыталась пройти через людей Бичема к моей спальне, но те ее держали.
— Что случилось? – я вышла в коридор.
— Амели, помоги, пожалуйста. Умоляю, помоги. Рейн хочет убить Бранта и Арона, — сквозь слезы сказала Кина.
— Убить? Рейн? – переспросила. – Отпустите ее, — обратилась к людям Бичема, но те меня не послушали. Более того, сам Бичем сказал мне возвращаться в комнату.
— Он его убьет. Амели, пожалуйста… Рейну нужна сила Тысячелетнего оборотня.
Я не верила Кине и, в тот же момент, у меня имелись некоторые предположения, которые, после слов девушки, заставили сердце замереть.
Хотела ее выслушать, но понимала, что это не получится сделать. Эти мужчины не дадут. А, после того, как Бичем услышал о Тысячелетнем оборотне и вопросительно приподнял бровь, я рискнула. Все равно, уже вскоре мне нужно было убирать этих людей. И я не хотела, чтобы в таком состоянии Кина сказала еще что-то такое, что Бичему лучше не слышать.
