Справа, краем глаза заметила какое-то движение и обернулась. Увидела в дверях Кину, которая смотрела на нас широко раскрытыми глазами, в которых застыла боль и слезы.
Наши взгляды встретились и подруга дернулась, словно от пощечины. Прикусила губу, после чего резко развернулась и убежала.
— Кина, подожди! — крикнула ей в след и начала отталкивать Арона. – Отпусти. Она моя подруга. Мне нужно с ней поговорить.
Я вырвалась и спрыгнула на пол, после чего выбежала из аудитории. Неслась изо всех сил, но Кину смогла поймать только около лестницы.
Преградила ей путь и, тяжело дыша, прошептала:
— Извини... Извини, что ты об этом узнала таким образом.
— Как ты могла? – ее щеки уже были мокрыми от слез. Я впервые видела, как она плакала. – Я же говорила, что не выдержу, если ты и он…Ты же моя подруга. Как ты могла?
— Прости, — вновь прошептала. Пыталась руку положить ей на плечо, но девушка отстранилась. – Я знаю, что он твой будущий муж, но…
Я запнулась. Не заметила того, как к нам подошел Арон, но почувствовала, как он рукой обвил мою талию и по-собственнически притянул к себе.
— Будущий муж, — он повторил мои слова с таким пренебрежением, что даже мне стало не по себе.
В этот момент я смотрела на Кину. Не видела, каким взглядом по ней скользнул Арон, но заметила то, как подруга всхлипнула и, вытирая щеки тыльной стороной ладони, побежала прочь.
— Кина, — я вновь хотела побежать за ней, но Арон не дал. Сильнее прижал к себе. – Что ты делаешь? Отпусти. Нужно с ней поговорить.
Объяснить все. Разве тебе ее не жалко?
— Мне плевать на нее, — сказано с безразличием. А мне вдруг стало жутко холодно и в сердце поселилась горечь от того, как Арон поступил с девушкой, которая должна была стать его женой.
Голова кружилась от мыслей и противоречивых эмоций. Я злилась на Арона за то, что позволял той блондинке крутиться рядом с собой и пребывала в недоумении от того, с каким безразличием оборотень отнесся к Кине. Не понимала ни его, ни себя.
***
Я чувствовала, что, спровоцированная эмоциями, во мне начала бушевать магия и сама я ее усмирить не могла.
Мне требовалось вернуться к Эдергару о чем я и сказала Арону, но он не хотел отпускать. Я ощущала, что ревновал. Даже странно, как быстро в нем менялось безразличие на ревность.
— Думаешь, я тебе изменю? Сразу пойду и лягу под Эдергара? Он мой учитель и мне нужна его помощь.
И, когда я вернулась к мастеру, он мне действительно помог. Но уходить из его спальни я не спешила.
