Кончики его пальцев бегали по складкам: обводили, теребили, гладили, время от времени проникая во влажную глубину.
– Мне нравятся твои пухлые розовые губки, котенок… – не переставая посмеиваться, он щекотал затвердевший клитор, вызывая спазмы внизу живота. Щелка горела огнем. Я чувствовала, как против воли сильнее намокаю, мечтая получить долгожданную разрядку. – Ты так течешь от моих пальцев, а представляешь, что будет, когда в дело пойдет язык и член?.. – Мыча, я тонула в волнах всепоглощающего удовольствия.
– Да, котенок, вот так. Какая ты чувствительная, мне очень нравится… – проведя по всей длине лона, он резко вставил палец внутрь, сорвав с губ тихий рваный всхлип."
"Меня бросило в дрожь. Тело затрепетало, как лист на ветру…
Кляп исчез. Глаза заслезились от резкого утреннего света.
– Что это такое? – пробормотала, ощущая его сильные руки у себя между ног.
Меня будто вырвали из невесомости, долбанув об землю.
– Ты так сладко спала. Не удержался и погладил тебя там… А потом ты начала увлажняться.
– Царев уткнулся губами в шею, не вынимая из меня настырных пальцев.
– Я же сказала – никакого секса! – моргала, пытаясь сбросить с себя оковы сна.
– Какая ты пошлячка, Ассоль. Секс… секс… секс… Один секс на уме! Неужели нельзя поговорить о чем-то другом?! – пропел мне на ухо, упираясь в попу тяжелым твердым членом.
Вот потаскун!
– О чем, например? – сладко промурлыкала, отходя от пережитого оргазма.
– О любви…
Повисла пауза. Нежно поглаживая у меня между ног, Гвидон принялся посасывать мочку уха.
– Нечего говорить о любви…
– Ты права, об этом не нужно говорить, любовью нужно заниматься. – Он перевернул меня на спину, забрался сверху и задрал руки над головой. – Мой язык соскучился по твоим ласкам, котенок…
Гвидон задумчиво улыбнулся, внимательно заглядывая в глаза. Его загорелая кожа поблескивала в лучах солнечного света, пострадавший нос был припухшим.
– Послушай…
– Понравилось смотреть эротические сны с моим участием? – Царев наклонился, лизнул мою щеку.
– Не понимаю, о чем ты…
– Ты хоть раз до этого кончала во сне? Как тебе ощущения, Ассоль? – он вновь засунул руку мне в трусики, размазывая влагу по складкам. – Хочешь, займемся любовью, милая? Или будем отчаянно трахаться? После поедем куда-нибудь позавтракаем. Прогуляемся. И вернемся домой заниматься грязным потным сексом. Я свяжу тебя и буду брать до бессознательного состояния, а потом мы познакомимся с позой шестьдесят девять.
