Он бесчеловечно долбил меня еще несколько минут, не давая отдышаться. После чего резко замедлился, проталкивая язык в рот.
– Я скоро… Я… – шептала, посасывая его пухлую нижнюю губу.
Пот струился по позвоночнику, щеки пылали, чувствовала, вот-вот кончу во второй раз.
– Мы же только начали, котенок… – Гвидон самодовольно хмыкнул, но я прекрасно ощущала, как подрагивает его тяжелое естество внутри: оба находились у края, удерживаясь из последних сил.
– Мне этого мало, Ассоль…
– Пожалуйста, мне надо ещё кончить, иначе я не смогу соображать…
Я задержала дыхание, словно мы уходили на глубину.
До сих пор пребывала в каком-то адовом полубессознательном состоянии, и помочь мне могло только его жаркое потное тело.
– Я знаю, как о тебе позаботиться… – он крепче прижал меня к мускулистой груди. – Отдайся мне! Со мной ты будешь улетать по многу раз за ночь… – его поцелуи превратились в легкие укусы, всё большая площадь кожи покрывалась слюнявыми засосами.
Гвидон невыдержанный, сумасшедший сексоголик! Его член продолжал скользить промеж моих влажных губ.
Вперед-назад. Быстрее и быстрее. Я чувствовала его язык у себя во рту. Мы трахались, как животные, превратившись в комок оголенных проводов. Он долбил меня и долбил, а затем замирал… и снова возносил к кратеру вулкана наслаждения. Не сводя с меня пылающих глаз, Царев гладил мои ягодицы, тяжело дыша.
– Признайся, что я сразу тебе понравился…
Он сильнее прильнул ко мне, обдавая кожу влажным дыханием.
– Ничего подобного…
По мышцам пробежала дрожь. Боже! Я в трезвом уме насаживалась на член Царева прямо в разгар маминого праздника! «Мы двое влюбленных с простреленной головой…» – закружились в сознании его слова, сказанные в лифте.
– Плевать! Ты каждый день будешь заниматься со мной спортом! Мне понравилось, Ассоль! – зарычал, облизывая мою нижнюю губу. – Но мне хочется тебя сильнее и больше… Мне нравится заставлять тебя потеть! Я буду тренировать тебя от заката и до рассвета…
– Это ничего не значит… – повторяла, как мантру, пытаясь убедить нас обоих.
"
"Мои глаза почти закрылись, веки дрогнули, пока Гвидон раскачивал меня на своем толстом члене. Он трахался так, будто участвовал в эротических Олимпийских играх и планировал прийти к финишу первым. Вмиг я перестала контролировать свое тело: мышцы внизу живота стали сокращаться, удовольствие заструилось по венам, пробирая до костей.
– Началось… – простонала, запрокинув голову.
– Котенок, ты о чем?
– Извержение… Я… я…
Всё вокруг поплыло, а картинки смазались.
