– Неизвестно через сколько приедут спасатели. Тут все может взлететь к чертовой матери, так что надо скорее выбираться… – Осторожно пробираясь внутрь салона, я отстегнул его ремень, протягивая пострадавшему блондину руку.
– Бл*, я не чувствую ногу… – прохрипел он сквозь сжатые зубы.
– Ползи. По максимуму задействуй руки. Медленно…
– Зачем ты это делаешь? – Артур с трудом по-пластунски продвигался вперед.
Едкий запах бензина тошнотворным облаком висел вокруг нас. Повернув голову, я заметил, что лужа стала еще больше.
Где-то вдалеке послышались сирены полицейских машин.
– Давай живее! Надо поторапливаться! У меня еще много планов на жизнь…
– Я не могу-у…
– МОЖЕШЬ, БЛ*ТЬ! – резко подтянул его за плечи. – Да, да… Еще немного. Ну-у! – судорожно рассмеялся, когда Артуру всё-таки удалось выбраться из машины.
– Нога-а… – парень застонал, стискивая зубы от боли.
Не задавая лишних вопросов, я подхватил его на руки и побежал вперед, молясь, чтобы возгорания не произошло.
В этот миг словно на быстрой перемотке посмотрел всю свою жизнь.
Сразу подумалось об отце: я столько раз упрекал его в отсутствии внимания, но ведь если разобраться, после смерти мамы он всегда был одинок, маскируя сердечную боль. Страшно представить, что творилось у него на душе после нового предательства. «Эх, батя, батя, какой же я долбанный идиот!»
Споткнувшись, я еле удержался на ногах.
– Царев, поаккуратнее, не дрова несешь! – прохрипел Артур, судорожно лыбясь.
– Ты нас чуть не укокошил, даже не думай, что это сойдет тебе с рук… Как только оклемаешься, разобью твою гнусную рожу… – нес несвязную околесицу, осторожно укладывая пострадавшего на обочину дороги.
Удалось немного выдохнуть, только когда обнаружил, что мы находимся метрах в пятидесяти от места аварии.
– Гви-идо-о-он!
Я рассмеялся, как безумец, по телу волнами пошла дрожь. На автомате повернулся на срывающийся, перепуганный до боли родной голос – Соля высунулась из окна автомобиля, стоявшего метрах в двадцати от нас.
Лицо у нее было белее муки.
– Да выпустите меня! – заорала она, резко толкая дверцу машины, и уже через считанные мгновения со всех ног побежала вперед.
Только тут меня осенило – любимая все-таки поехала за мной в аэропорт. Это было за гранью фантастики.
«Жизнь – лучший подарок», – шальными пулями пронеслось в голове."
"– Ты его спас?! – голос Ассоль звенел от подступающих слез. – Ты спас его! – впервые видел её настолько потерянной и обескураженной.
