– Не волнуйся, я сдержу свое чертово обещание! Буду послушно изображать роль примерной жены, как делают сотни женщин высшего круга, пока их высокопоставленные мужья трахают каких-нибудь нимфеток! А может, это и есть мое предназначение?! Не зря мать с детства вдалбливала в голову, как важно удачно выйти замуж, истязая уроками этикета и безупречных манер! Тошно жить, когда твоя судьба уже предопределена…
– Увы, всё не так просто, дорогая… – произнес собеседник странным задумчивым голосом, потупив взгляд.
– А знаешь, поехали! – Уинстон резко ударил по газам.
Брови полезли на лоб, глядя, как самый законопослушный человек во вселенной вдавливает педаль газа с такой силой, что машина вот-вот взлетит. Откинувшись на спинку кресла, я покосилась на водителя, напряженно отметив, как пульсирует маленькая венка у него на шее.
Боже, куда он меня везет?!
POV. Гвидон2 недели спустя
– Гвидон, хочешь еще один кусок пирога? – спросила Алена, разрезая шарлотку на несколько равных частей.
Облокотившись на стол, я долго изучал её симпатичное веснушчатое лицо.
Савина была отличной девчонкой: обаятельная, открытая, сексуальная и без дешевых понтов. За последние дни мы действительно сработались и иногда даже обедали вместе, но домашняя выпечка недвусмысленно намекала на новый уровень общения.
– Нет, – ответил чуть резче, чем следовало, заметив, как потускнела улыбка на ее губах.
– Может, возьмешь тогда домой? – пробормотала помощница с надеждой в голосе.
– Братья должны заскочить.
Надеюсь, ты не против, если я угощу их? – Девушка кивнула, перебирая несколько выбившихся каштановых прядей. Нарушив затянувшееся молчание, я сухо сказал: – Не обижайся. Просто знай: я как разбитое зеркало – всегда приношу женщинам несчастья.
– Гвидон, ну что за эзотерический бред?! – Алёна нахмурилась.
– Ты плохо меня знаешь, – помолчав еще немного, добавил: – И мне очень не хочется терять ценного сотрудника…
– Хорошо! И спасибо за откровенность, – совершенно неожиданно собеседница улыбнулась.
У меня как гора с плеч свалилась. Вряд ли бы моя карма сумела восстановиться после очередного разбитого женского сердца. Теперь я вообще не мог себе такое представить – какая-то невидимая нить держала без цепи и поводка. А мысли об одноразовом сексе поднимали во мне волну отвращения.
Увы, я так и не смог забыть. То, что мне довелось испытать, было сродни духовному откровению: не всё в этой жизни покупается и продается.
