Взял-расплатился-каждый получил свое-пошел дальше.
Все просто и понятно.
А с этой Риткой… Тут и пол-литра чачи будет мало, чтобы разобраться, что к чему!
Сложно слишком…
— Мой прайс, Савелий, ты не потянешь.
— А что так? Берешь дорого?
Наконец, зажигалка выдала ровный огонек. Закурил, проще стало сконцентрироваться на простых и понятных вещах.
— В моем прайсе есть эфемерные понятия и чувства, которые тебе незнакомы. Тебя для начала нужно очеловечить. Или нет. Приручить! Вот…
— Потом ответ держать придется.
Даже я в курсе крылатой фразы: мы в ответе за тех, кого приручили.
Стало неуютно. Мне как будто по всему нутру ржавым тупым ножом корябали глубоко-глубоко.
— Я подумаю, — кивнула Рита и отвернулась, смотря в окно.
— Так что… Остаешься? — спросил осторожно.
— Утром уеду.
— До утра я заставлю тебя передумать тысячу раз, — заявил уверенно. — И все-таки ты отчаянная. Больше так не делай, поняла? Не суйся в логово.
Раздавив окурок в пепельнице, я добрался до кровати, откинул одеяло и прилег рядом.
Ритка усердно отодвинуться пыталась, но против моей руки, перекинутой через ее талию, бороться не смогла, притихла.
По телу разлился кайф, аж глаза закрыть захотелось.
— Щас дом прогреется.
— У тебя поесть тут найдется? Я надеюсь, ты не только сигаретами и выпивкой питаешься? — поинтересовалась Рита, помолчав немного. — Есть с чего приготовить?
— Не знаю. Спросить надо. Щас Клима наберу, дам задание. Что надо?
Рита перечислила. В принципе, набор нехитрый. Может и сообразить даже в этой дыре.
— И курицу! — добавила Рита.
— И куру тоже принеси, — добавил я.
Спать, честно, не планировал. Но само так вышло, что задремал. Все-таки задремал.
Причем, довольно крепко.
Даже не почувствовал, как Рита ускользнула, проснулся от звука приглушенных голосов и квохтанья странного.
Наверное, мне просто всякая дичь снится!
Но нет, реально кто-то кудахтал: ко-ко-ко.
Рита рассмеялась.
Я мгновенно на дыбы встал: кому это она смехуечки раздает, а?
Пока я сплю, слюни на подушку пуская…
Поднялся, дотащился до выхода из спальни.
Дверь в коридор приоткрыта. Перед Ритой стоит и оправдывается Клим.
— Че смешного?! — спрашиваю.
— Сам посмотри, — Рита заливается теперь уже в открытую, тычем пальцем на Клима, хохочет, вытирая слезы.
— А я че? — оправдывается. — Сказали, куру принеси. Я и принес. Куру…
Весь сконфуженный, таким я его еще ни разу не видел.
Клим держит курицу.
Живую курицу!
Наконец, до меня доходит.
Начинаю ржать.
