— Значит, это не на “А”.
— А-а-абижаешь! Еще как на “А”. Альстромерия. Держи… — протянул в мою сторону букет из нежно-розовых цветов. — Твои любимые? — спросил небрежно.
Он был в пальто-сюртуке. Белые снежинки быстро таяли на широких плечах.
Я не смогла усидеть в постели. Букет был большим, нежным.
Ручки сами к нему потянулись.
Я постаралась сохранять неприступный вид, но зарылась носом в букет. Цветы вкусно пахли…
— Альстромерии, значит. Хорошо, я запомню. Что ж, спасибо на этом и…
Где же он?
Я обернулась: Волков успел развесить свое пальто на спинке рабочего компьютерного кресла и расстегивал светло-голубую рубашку, которая еще больше подчеркнула смуглую кожу.
— Послушай… Ты же пошутил. Насчет всего остального, да? — спросила с надеждой.
Моргнула.
Выдохнула.
Еще раз моргнула — Волк уже в одних трусах, с довольным видом развалился на моей большой кровати.
Реактивный.
— Ставь цветы в вазу и прыгай сюда, — похлопал по кровати рядом с собой Волк.
Развалился, как царь… Приглашает меня в мою же кровать с видом хозяина.
— На обратном пути достанешь из внутреннего кармана моего пальто свои дневники, — снова вальяжный царский тон.
— Читать изволите?
Кивнул серьезно.
Хотелось его послать, но язык как-то… будто в узелок свернулся.
Непроходимая наглость Волкова, моя усталость — все к одному.
Цветы в вазу я поставила, тронула нежные лепестки.
— Альстромерии, надо же! — вздохнула. — Очень приятно, Рита. Рита, наживающая себе проблем по щелчку пальцев.
Мне казалось, цветы качнули бутончиками в ответ.
Так, не расплываемся лужицей! Не расплываемся, строго одернула себя и вошла в спальню со строгим выражением на лице.
Застыла в дверях.
— Я должна тебя спросить. Ты давно проверялся?
— А что такое? — сузил свое темные глаза хищник, захвативший мою кровать. — Ты больна чем-то?
— Кто?! Я?! Да ты обалдел! Это ты… инструмент свой во все, что движется и имеет дырки, горазд пихать! Я о себе беспокоюсь. Поэтому спрашиваю. Давно ли ты проверялся? После своих шлюхандр и шалав в меня.
Без презерватива.
— Осечка вышла. Торопился… — усмехнулся остро. — Я чист. Шлюхандр без гондона на член не натягиваю.
— Тогда почему ко мне без презерватива полез?!
— А ты, что… шлюха? — поинтересовался. — Не, если у тебя там полгорода побывало, ты так и скажи, я схожу проверюсь…
— Охренеть! Ты меня еще и унизил!
— Ты сама начала. Чистый я, говорю же. За своим здоровьем слежу, — огрызнулся.
— Вот как?
— Да. О себе не позаботишься, никто не позаботится.
