Все слова встали в горле комом, даже шея окаменела, и кивнуть бы не получилось.
— Да что я говорю. За тобой приглядят… Нет, еще лучше идея в голову пришла. Сиди здесь.
Волков вышел на балкон стремительно, звонил кому-то. Все его слова проскальзывали мимо меня, будто вода через сито. Потом он вернулся со словами:
— Можешь собираться. Свои вещи, сынишки.
— Куда?
— За город. Поживете на зоне отдыха пока. Не одни, разумеется, под хорошим присмотром. Декабрин пообещал, что будет смотреть за вами, как за своими.
Инга тоже поехать может, только по пути в лабораторию заглянем. Мазки там, кровь… Для определения на родство. Остальное без вас. Так будет лучше.
— Только кто сказал, что мы согласны и поедем.
— Я.
Меня накрыло волной — горячей, расслабляющей. Ноги дрожали в коленях. Еще сильнее припекло всюду, когда Волков просто обнял и поцеловал в висок.
— Тоже ляг, отдохни, что ли? Времени до вечера еще хватает… Успеешь собраться.
Савелий снова вышел на балкон, я еще немного полюбовалась его статной фигурой, решительными жестами украдкой, старательно отводя взгляд в сторону, когда он меня ловил на разглядывании себя.
Он, в отличии меня, не страдал излишней стеснительностью и просто смотрел.
Смотрел, но каждый его взгляд был жутко говорящим.
Можно ли такому противостоять? Надо ли…
Мама позвонила.
Я не нашла в себе силы ответить. Инга права: если была хоть малейшая капля сомнений, хоть капелька, мама должна была сказать свое слово далеко в прошлом. Она же промолчала.
Струсила? Смалодушничала? Какая, к черту, разница… Мы все пострадали!
***
Я прилегла рядом с сыном, незаметно для себя уснула. Проснулась после обеда, голова была тяжелая, полная мыслей, но на сердце, напротив, как-то легко стало, как бывает только в моменты полного принятия неизбежного. Когда понимаешь, дороги назад уже нет и будет только то, чему суждено случиться.
Арсений проснулся почти одновременно вместе со мной, немного сонно ворочался, с боку на бок, но потом открыл глаза, в них не было ни капли сна.
— Папа с нами навсегда?
— Давай у него спросим, — предложила я.
Трусливо ушла от ответа? Спряталась за незнание возможное? Или просто боялась ответить себе “да, мне бы этого очень хотелось…”
Ведь не прошли мои чувства к Волкову. Не прошли!
Просто я опасалась повторения прошлого, боялась, что спокойная жизнь Савелию могла наскучить очень быстро, и он бы ушел, оставив вместо себя в сердце дыру, размером с целый мир.
