За последний год ты начала на мужиков посматривать, но это дело я быстро пресек. Ибо не хрен… Еще не хватало, чтобы хер какой-то свой причиндал в тебя пихал и моего сына воспитывал… Ни за что! — подвел черту.
— Отпусти! Это ничего не меняет. И ты… Ты тоже не меняешься. Каким был, таким остался. Сегодня оды моей вагине поешь, а завтра по две соски на хуй натягиваешь! — ругнулась матом. — И шалав элитных за собой таскаешь.
— Ты про ту бабу, с которой я на праздник Декабря явился, что ли? Она по девочкам. Лесба… Моя давняя подруга.
Я нарочно отдалился, потому что Пономаренко вокруг тебя кружить начал. Думал, отвадить его от тебя. В итоге все вышло с точностью до наоборот. Я… проебал эту битву. Может быть, даже несколько. Но окончательная победа будет за мной… — потянул мокрые трусики в сторону и начал ласкать меня двумя пальцами.
Глава 60
Глава 60
Рита"
"Изо рта грозили вырваться глубокие, низкие стоны. Так много удовольствия от простых поглаживаний…
Ооо…
Надо бы перекрыть поток фонтана возбуждения.
Свести ноги вместе.
Подумать о чем-то гадком. Например, о тухлой селедке. Или о нехорошем яйце, которое попалось недавно, там вместо желтка плавало какое-то месиво с зачатками птенца.
Но ничего не помогало.
Самая отвратительная картинка не выдерживала в моем богатом воображении и нескольких секунд, таяла, будучи бессильной перед обаянием и умением Волкова.
Просто трогал…
— Бля, какая ты мокрая, нежная… Сколько слизи напустила. Я ведь только начал, Рит. Только начал, а конец уже готов взорваться…
— Иди ты к черту, — шепнула с глухим стоном, прикусив собственную ладонь.
Волков приподнялся, облизнув губы, замер надо мной.
Взгляд сверкал, как новогодняя гирлянда в темной комнате?
— К черту? Ну ты даешь, Рит. Я к богу недавно пришел, а ты меня… к черту. Скажешь тоже…
Его пальцы нахально мазнули по моим губам, смочив их влагой моей же смазки, а потом он взял и начал сосать эти пальцы, порыкивая довольно. Второй рукой он направил член в меня, толкнулся бедрами.
Я чуть не взвыла от желания и одновременного возмущения.
— К богу? Не смеши, Савелий. Если только у тебя какой-то особенный, свой бог имеется.
— Вот…
Он потянулся рукой и приподнял нательный крестик. На простом черном шнурке.
— Я в один день с Сенькой крестился. Так что… Все путем, пирожочек. Все идет ахеренным путем. Я настроен серьезно. Очень! Понимаешь?
— Ты… Черт… Ты за всей нашей жизнью следил, что ли?! ПСИХ! — взвизгнула.
