— Не делай аборт, — сказала отрывисто. — Меня заставили сделать, а я до сих пор вижу этого ребенка. Маленький мой. Вижу его в крови… — губы задрожали. — Не делай аборт. Пошло оно все… Пошли все лесом. Но не делай. Ты потом пожалеешь.
— Я и не думала делать аборт. Просто сказала, что ситуация непроста, — произнесла через силу.
— Кто отец?
— Не спрашивай.
— Аааа… — прикрыла глаза сестра. — Непутевый?
— Плохой. Самый лучший… Нет, все-таки плохой. Худший из всех…
Сестра прикрыла глаза, улыбнулась слабо:
— Я иногда думаю, что на мне порча.
И на тебе, может быть? На всех женщинах нашей семьи. Какое-нибудь колдовское проклятие…
— Ну вот, еще немного и дойдем до теории мировых заговоров.
Посидели еще немного, поговорили.
На душе — тьма кромешная, но все-таки немного стало светлее, когда на прощание сестра вдруг спросила:
— Ты же не соврала? Про аборт. Не сделаешь?
— Не сделаю, — ответила твердо. — Мой ребенок. Никому не отдам и не дам его в обиду.
— Правильно. А можно я тебе помогать буду? Можно? — сестра посмотрела умоляющим взглядом.
— Я так хочу с ребеночком нянчиться, я больше ни во что не влезу. Никуда не пойду. Ни в клуб, ни в кафе, ни в ресторан. Я с работы и домой, клянусь. Я тебе во всем помогать буду!
— Выздоравливай, Инга. Я могу обещать только то, что если ты возьмешься за ум, будешь тетушкой моему сынишке.
— Ты уже и пол знаешь? Так рано сейчас обследования делают?
— Я просто знаю. Без всяких обследований.
***
О предложении дружбы Пономаревым я не думала совсем.
Помог бескорыстно? Вот и молодец!
Ничем я Пономареву не обязана. И вообще… На меня, где сел, там и слез, подбадривала я себя.
Но в голове все крутилось и крутилось.
Почему он в меня-то вцепился?
Я не знаю ничего! Однако стоило только так подумать, как в голове закрутилось, замелькало все то, что Волков мне рассказывал. Все-все услышанное! И ячейка эта с золотом, которое можно сбыть без лишних вопросов.
Ворованное, наверное? Добытое незаконным путем!
И к черту…
Не притронусь я к этому дерьму! Тем более, я не бедствую.
Не жирую, но и не бедствую. И никому ничем не обязана. что еще важнее. Свой угол есть, свой бизнес — тоже.
— Мама у тебя крейзи, малыш, потому что с твоим папашей связалась, но ты ни в чем не будешь нуждаться!
***
Однако как бы я ни храбрилась, какой сильной и независимой себя не считала, желание женского счастья, тепла, мужского плеча рядом брало свое.
