Гейл валится на землю.
— Отнесем его к твоей матери, — командует Хеймитч.
Носилок поблизости не достать, но старушка из магазинчика тканей продает нам широкую доску-прилавок.
— Только не говорите, где взяли, — просит она, спеша убрать остатки товара.
Площадь почти опустела. Страх пересилил тягу к состраданию. После всего, что случилось, я не могу никого винить."
"К тому времени, как мы укладываем бесчувственное тело на доску вниз лицом, рядом остается лишь горстка людей: Хеймитч, Пит и несколько шахтеров, товарищей Гейла по смене.
Соседская девочка по имени Диви берет меня за руку.
— Помощь нужна?
В серых глазах — и страх, и решимость. Когда-то мама спасла ее младшего брата от кори.
— Можешь дойти до Хейзел? Прислать ее к нашему дому?
— Ага. — Девочка разворачивается на каблучках и убегает.
— Ливи! — бросаю я вслед. — Только пусть не берет ребятишек.
— Я сама с ними посижу, — отвечает бывшая соседка.
— Спасибо!
Подхватив куртку Гейла, спешу догнать остальных.
— Снег приложи, — советует Хеймитч, не оборачиваясь.
Запускаю ладонь в сугроб и прикладываю к пострадавшей щеке холод. Боль притупляется. Левый глаз ужасно слезится, и в наступивших сумерках я бреду на звук шагов.
По дороге сменщики Гейла, Брисл и Том, рассказывают, как все было. Из леса Гейл прямиком направился к дому Крея, но вместо ценителя диких индеек, никогда не скупившегося на деньги, наткнулся на нового главу миротворцев, человека по имени Ромулус Тред. Никто не знает, куда делся Крей. Еще с утра он купил в Котле бутылку белого, не заикнувшись о том, что намерен оставить пост, а потом вдруг бесследно исчез.
Гейл появился со свежей тушкой в руках и, конечно, не смог отвертеться. Тред арестовал его, вывел на площадь, заставил публично покаяться и тут же приговорил к избиению плетью. К тому времени, когда я прибежала на площадь, ему нанесли не менее сорока ударов. На тридцатом Гейл потерял сознание.
— Хорошо еще, птица была всего одна, — прибавляет Брисл. — Появись он с обычной сумкой трофеев…
— Парень соврал, будто нашел индейку на территории Шлака: дескать, она сама перепорхнула через забор, а он добил ее палкой, — вставляет Том.
— Это тоже против закона. Но если бы Тред узнал, что Гейл шастал по лесу с луком, — убил бы на месте.
— А Дарий? — интересуется Пит.
— Он уже на двадцатом ударе сказал, что пора прекращать. Только не так любезно, как Пурния: вывернул Треду руку, и тот его стукнул кнутовищем в лоб. Теперь бедолаге не поздоровится, — замечает Брисл.
