— Почему бы тебе не показать мне растения и не пойти добывать нам мясо? — отвечает Пит, подражая моему тону.
Со вздохом уступаю и показываю Питу, где можно нарыть кореньев. Еда нам, безусловно, нужна. Одного яблока, двух булочек и кусочка сыра размером с апельсин надолго не хватит. Ладно, я ведь буду поблизости.
Перед уходом учу Пита сигналу — не Рутиному, а попроще, всего из двух нот. Будем пересвистываться и знать, что с другим все в порядке. К счастью, свист Пит осваивает легко. Вещи я оставляю с ним.
Ощущение такое, что мне снова одиннадцать лет, только в этот раз я боюсь удаляться не от забора, а от Пита. Брожу в пределах двадцати-тридцати ярдов. Без Пита лес оживает звуками животных. Периодически я слышу свист Пита, успокаиваюсь и отхожу немножко дальше. Скоро я добываю двух кроликов и жирную белку. Думаю, этого хватит. Можно еще поставить силки и попробовать поймать рыбу. Да еще Пит нароет кореньев.
Возвращаясь, я вдруг осознаю, что мы с Питом уже какое-то время не обменивались сигналами.
Я свищу и, не получив ответа, пускаюсь бегом. Вот уже и рюкзак, рядом аккуратная кучка кореньев. На земле под солнцем расстелена пленка, на ней в один слой лежат ягоды. Где же Пит?
— Пит! — кричу я испуганно. — Пит!
В кустах какой-то шорох, я поворачиваюсь и едва не пронзаю Пита стрелой. К счастью, в последний момент я отвела лук в сторону и она вонзилась в дуб чуть левее. Пит отскакивает назад, рассыпая горсть ягод.
Мой страх сменяется злостью.
— Почему ты ушел? Ты должен быть здесь, а не бродить по лесу!
— Я нашел ягоды там, у ручья, — отвечает он, явно обескураженный моей яростью.
— Почему ты не отвечал, когда я свистела?
— Я не слышал. Вода слишком шумела. — Он подходит и кладет ладони мне на плечи. Теперь я замечаю, что вся дрожу.
— Я думала, Катон убил тебя! — чуть не кричу я.
— Все хорошо. — Пит обнимает меня, я никак не реагирую. — Ну же, успокойся, Китнисс.
Я отталкиваю его, стараюсь привести в порядок свои чувства.
— Когда двое договариваются о сигнале, они не должны уходить слишком далеко друг от друга. Если на сигнал не отвечают, значит — беда. Неужели непонятно?
— Понятно.
— Так было с Рутой, и потом я смотрела, как она умирает!
Я поворачиваюсь, иду к рюкзаку и открываю новую бутылку с водой, хотя и в моей еще немного осталось. Я не готова простить Пита так сразу. Мое внимание привлекает еда. Булочки и яблоко целы, а вот сыра определенно стало меньше.
