И лучше сделать это сейчас, когда Пит вроде бы не так плох и светит солнце."
"— Хорошо, — уступаю я. — Только пару часов. Потом разбуди меня.
Днем слишком жарко, чтобы залезать в спальный мешок. Я расстилаю его на полу пещеры и ложусь сверху, держа на всякий случай одну руку на луке. Пит сидит рядом, прислонившись к стене, и следит за входом.
— Спи, — говорит он тихо, убирая у меня со лба выбившиеся пряди волос.
Этот жест такой естественный и успокаивающий, совсем не то что наши наигранные поцелуи и ласки. Мне не хочется, чтобы Пит останавливался, и он как будто понимает меня.
Он гладит мои волосы, пока я не засыпаю.
Я сплю долго. Слишком долго. Я понимаю это, едва раскрыв глаза. День уже в самом разгаре. Пит сидит рядом, в том же положении. Я поднимаюсь немного рассерженная, зато чувствую себя хорошо отдохнувшей. Лучше, чем за последние несколько дней.
— Пит, ты должен был разбудить меня через пару часов!
— Зачем? Тут все по-прежнему. И потом, мне нравится смотреть, как ты спишь. Во сне ты не хмуришься.
Хмурый вид тебе не идет.
От этих слов я, конечно, сразу начинаю сердиться, а Пит смеется. Его губы совсем сухие. Трогаю щеку. Горячая, как печка. Говорит, что пил, но бутыли полные. Даю ему еще таблеток и не отстаю, пока он не осушает одну из бутылок почти полностью. Обрабатываю маленькие ранки, ожоги и укусы; они уже подзажили. И, наконец, призвав все свое мужество, разбинтовываю ногу.
Сердце опускается. Стало хуже, намного хуже. Гноя не видно, а вот опухоль увеличилась. Красная и блестящая кожа натянута как барабан.
Вверх поднимаются красные прожилки. Заражение крови! Без нормального лечения Пит обречен. От листьев и мази пользы ни на грош. Нужны сильные антибиотики из Капитолия. Я даже представить себе не могу, сколько стоят такие лекарства. Хватит ли на них всех денег от спонсоров? Вряд ли. Чем ближе к концу Игр, тем дороже становятся дары. За одну и ту же цену в первый день можно купить целый обед, а в двенадцатый — одну-единственную галету. Лекарство, которое нужно Питу, даже в первый день потянуло бы на целое состояние.
— Ну-у, опухоль немного увеличилась, зато нет гноя, — произношу я дрожащим голосом.
— Я знаю, что такое заражение крови, Китнисс. Хотя моя мать и не лекарь.
— Тебе только нужно пережить остальных, Пит. Когда мы победим, в Капитолии тебя вылечат.
— Хороший план, — соглашается он.
— Ты сейчас поешь. Тебе нужны силы. Я приготовлю суп.
— Не зажигай огонь. Оно того не стоит.
— Посмотрим.
Я выхожу с банкой к ручью.
