Неваляшка резко вытянула перед собой руки, точно хотела оттолкнуть его. И толкнула. Сильно – в грудь. От неожиданности Стас даже отступил. Нахмурился. А она толкала снова и снова, пока он не уперся спиной в стену.
— И так, вернемся к нашему разговору о благодарности, - проговорила Влада так тихо, что он едва расслышал. Румянец на ее щеках вспыхнул с новой силой."
"— Твоему разговору о благодарности, Неваляшка, хотя мне нравится ход мыслей в твоей хорошенькой головке. – И уже чуть злее: - Меня чуть не разрывает от желания.
Еще немного и я разорву твою одежду. Всю. И не оби...
Он не успел закончить, когда Влада ухватилась за край его полотенца и потянула на себя. Потом неожиданно осторожно провела ладонями по его груди, животу, на миг задержав ладонь около свежей «метки» прошлого. Замешкалась, вздохнула, и Стасу пришлось накрыть ее ладонь своей, сжать пальцы, снова перетягивая внимание на себя. Сейчас не будет всей этой херни. Сейчас есть она – его Неваляшка, и крышу от ее близости рвет еще сильнее, чем четыре года назад.
Тогда она была маленькой и несмелой, и ему постоянно приходилось держать себя на поводке, чувствуя себя беззубой псиной, перед которой положили кусок мяса. Сейчас это была все та же маленькая ванильная девочка, но уже точно знающая, чего она хочет. И достаточно смелая, чтобы не бегать от своих желаний, даже если они все так же вгоняли ее в краску.
— Я давно не практиковалась, Онегин, - сказала игриво и смущенно одновременно, – очень рассчитываю на твое чуткое руководство.
Полотенце полетело прочь, а Неваляшка встала почти вплотную к нему, обеими руками обхватила за член.
— Помочь в чем? – выдохнул Стас. Ее ладони были мягкими и нежными.
— Ну, в этом... - Неваляшка чуть улыбнулась, затем встала на цыпочки и потянулась к его губам. Стас ответил жестким поцелуем, буквально вогнал язык в ее рот. Влада застонала и сильнее обхватила его стояк. И резко прервала поцелуй. Вырвалась, сверкнув глазами.
Снова эти игры? Да это просто издевательство: он и так почти лопнул уже!
Стас поймал ее за волосы одной рукой, второй поглаживая нижнюю губу, умирая и возрождаясь от одного вида ее губ, смыкающихся вокруг пальца.
Яйца болезненно сжались.
Ладно, девчонка, в эти игры можно играть вдвоем. Тем более, что эта ванильная принцесса просто с ума сходит от его откровенности. Невинная и порочная – гремучая смесь, как гребаный тротил.
— Отсоси мне, принцесса, - выдохнул приказ прямо ей в рот. – Я покажу как.