Выдох.
Сердцебиение замедлилось, возвращаясь почти к нормальному ритму. Взяв бумажные салфетки, я вытерла лицо и, набрав полные легкие воздуха, вышла из уборной.
Леша, сунув руки в карманы, стоял прислонившись спиной к одной из дверей. Увидев меня, он выпрямился и мое дыхание перехватило. Рукава его белой рубашки были закатаны до локтя, а верхние пуговицы расстёгнуты, придавая ему небрежный вид. Его лицо было покрыто заметной щетиной, а волосы находились в беспорядке. Пальцы тут же закололо от желания запустить их в его волосы и пригладить.
Я сжала их в кулак.
— Мы можем поговорить? — спросил Леша.
— Конечно, — я спрятала свои руки в задние карманы джинс."
"Леша подошел к той самой двери и, потянув ее на себя, открыл, приглашая меня войти. Я проскользнула внутрь и замерла. Это был небольшой бильярдный зал с двумя столами и несколькими кожаными креслами и небольшим диванчиком.
— Присядешь? — спросил Леша, закрывая дверь изнутри на защелку.
— Нет, спасибо, — я развернулась к нему лицом.
— Нам не влетит за то, что мы здесь заперлись?
— Я договорился, — Леша покачнулся, словно хотел сделать шаг ко мне, но остался стоять на своем месте.
Перекачиваясь с ноги на ногу, я осмелилась посмотреть в лицо Леше и замерла, когда увидела, что он наблюдает за мной. Вздохнув, он провел рукой по лицу и сделал шаг в мою сторону. Я приложила все силы на то, чтобы не сдвинуться с места.
— Прости меня, — Леша встал так близко ко мне, насколько это возможно, при этом не касаясь.
— За что? — едва разомкнув губы, спросила я.
— Список будет такой длинный, — криво усмехнулся он. — Для начала за то, что оставил одну в новый год. Я должен был выслушать тебя, а не делать поспешных выводов.
— Я была не права, когда рассказала все папе и Марику.
— Да, но ты не раз за это извинилась. Я отреагировал слишком остро.
— Я предала твое доверие, так что твоя реакция вполне оправдана.
— Нет, это не так, — Леша вздохнул. — Буквально за несколько минут до того, как ты мне все рассказала, Иван прислал ссылку на статью и подписал, чтобы я тебя поблагодарил.
Когда ты сказала, что рассказала про то, что я играю своему отцу и брату. Для меня в тот момент все это выглядело как одно большое предательство. Пусть на секунду, но я подумал о том, что раз ты так просто рассказала все своим родным, то могла и Ивану проболтаться. И эта мысль меня просто раздавила. Эмоции полностью поглотили здравый смысл и я не мог мыслить ясно, поэтому уехал.
