Целую. Спокойной ночи. Или уже доброго утра?""
***
— Ты серьёзно? Хочешь, чтобы я села на эту штуку и не потеряла сознание? Нееет. Я жуткая трусиха.
— И это говорит девушка, заставившая меня поменяться смартфонами. Здесь нет ничего страшного. Я буду рядом. Давай, тебе понравится. Потом захочешь ещё.
Ксения с сомнением смотрела на экстремальный аттракцион под названием ""Американские горки"".
— Меня однажды старший сын затащил на нечто подобное. Думала — отдам богу душу.
— А я иногда прихожу сюда, — признался Роман, — Когда настроение поганое.
Вместо психотерапии. Здесь другой адреналин, не тот, что при стрессе. Я называю его лечебный. Проорёшься хорошенько, не привлекая внимания, несколько раз сердце в пятки уронишь и становится легче. Почему-то мне кажется, что тебе это сейчас нужно.
Роман протянул руку ладонью вверх и посмотрел в глаза.
— Ну что, идём? Смелее.
Ксения с сомнением взглянула на него:
— Если я упаду в обморок — откачивать будешь сам.
— Отчего-то мне кажется, что в жизни ты видела вещи гораздо страшнее американских горок.
Девушка горько улыбнулась:
— Ты даже не представляешь насколько прав. Пойдем.
Кресла в вагончике неожиданно оказались комфортными. На плечи опустились металлические фиксаторы и конструкция начала медленно двигаться вверх. Ксения напряжённо вглядывалась вперёд. Она прохладно относилась к таким развлечениям, но обижать Романа отказом не хотелось. Придется немного потерпеть.
Вагончик достиг высшей точки, после которой начинался резкий спуск, и остановился.
Инстинктивно хотелось вцепиться в поручни и закрыть глаза. Ксения осмотрелась. Страшновато. Горячая широкая ладонь накрыла её руку и переплела пальцы. Взгляд Романа излучал тепло и вселял уверенность. Почему-то стало очень спокойно.
Вагончик дрогнул и ринулся вперёд. Сердце ёкнуло и несколько раз кувыркнулось. Сила гравитации выталкивала из кресла. Вот оно, ни с чем не сравнимое ощущение свободного падения. Почти полёта. Ветер в лицо, ударная доза адреналина в крови. Только под рукой не холодный железный поручень, а живое тепло мужской ладони, сильной и надёжной.
Хочется ухватиться за это ощущение, удержать как можно дольше. Он заботливо помогает вылезти из вагончика и нежно обнимает за талию:
— Ну вот, а говорила, что трусиха. Ты даже не кричала.
— Знаешь, Рома, оказывается с тобой мне совсем не страшно.
Он хитро улыбается и подмигивает:
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. У нас по плану ещё башня падения и экстремальные качели.
