Ну и как с такой нетерпячкой реально дожить до воскресенья?
Роман взял в руки телефон и открыл популярный мессенджер. Ребята, которые отслеживают Ксению, постоянно скидывают информацию о её перемещениях. Полчаса назад она с подругой вошла в клуб. Вот какого чёрта ей там понадобилось? Опять ищет приключений на свою красивую? Девичник, блин. И в прошлый раз тоже, видимо, был девичник…
Воспалённый разум услужливо просчитал варианты событий. Ну уж нет… Руки сами потянулись к ключам от машины, ноги понесли в прихожую… И вот уже она, дверь клуба.
— Роман Александрович, здравствуйте, — вытянулся в струнку один из его людей, — а я как раз вам звонить собирался. Там, у объекта нашего неприятности. Похоже, надо вмешаться…
— Спасибо, Коля, я сам. Если что, подстрахуешь.
Роман вошёл в клуб и осмотрелся. Вон она. Сидит на высоком барном стуле. Поза напряжённая, глаза испуганные. А с ней Рустамчик. Обхаживает по упрощённой схеме. Сейчас шампусик с дурью ей подсунет и в койку затащит. Без лишних сантиментов. Бероева Роман знал давно, пару раз вытаскивал из серьезных неприятностей с законом.
О его методах ""завоевания"" девушек тоже был осведомлён.
Ну почему из всего разнообразия полуголых девиц на танцполе этот недомачо выбрал именно её? Хотя… Роман очень даже понимал почему. Тяжкое преступление — иметь такие ноги. За это наказывать надо. Долго и со вкусом. Конечно, к ногам там много чего интересного прилагается, включая неординарный ум, чувство юмора и острый язычок, но Бероева это вообще не волнует.
Его извилины работают только в одном направлении. К сожалению, в том же, что и у тебя…
Ксения смахивает руку Рустама с коленки и что-то недовольно говорит. Не нравится ей, значит. Сломать на хрен эту руку. В захват, вывернуть хорошенько и с наслаждением послушать как хрустят кости…
Блин, опять накрыло. Да что же это такое? Литвин, где твоя легендарная выдержка? Ведёшь себя, как буйный псих…
Надо забирать Ксению отсюда. Причем быстро. А то так и до беды недалеко.
Рома взял в руки телефон и набрал сообщение.
Дабы убедиться, что понял всё правильно.
Оглянулась, увидела. Кивнула. Во взгляде облегчение. Прекрасно.
— Ксения, твою мать совсем! Как это понимать? Как это понимать, я спрашиваю? — грозно рычим, стягиваем со стула и прячем за спину. Побольше ярости в глазах и голосе. Чтобы даже Рустам испугался. Да куда уж больше… Реально потряхивает так, что играть не приходится. Сгребаем в охапку и запихиваем в машину. Уххххх… Всё."
"Она виновато молчит.
