Ей нужно было сразу сказать Эруарду, что лекарь не нужен, но в тот момент она немного растерялась, вот и не сообразила.
Лекарь удивленно на нее посмотрел, а потом взглянул на Эруарда, явно надеясь, что тот встанет на его сторону.
— Ты уверена? — спросил Легран у Галины. Вместо ответа она кивнула, хотя сама никакой уверенности не ощущала, но ей не хотелось подпускать этого «лекаря» к ребенку. Она не сомневалась, что тот полезет в рану грязными руками и только еще больше навредит. — Идем, я заплачу тебе за вызов.
Лекарь возмущенно вскинулся и поднялся с видом оскорбленной добродетели.
— Ну знаете ли, — фыркнул он и вышел из комнаты вслед за Эруардом, не бросив ни одного взгляда на тех, кто находился в комнате.
Галина Николаевна выдохнула и расслабилась.
Оставшаяся часть вечера была наполнена нервозностью и тревогой. Ночью они по очереди дежурили рядом с кроватью раненой. Все было нормально, но под утро, примерно в четыре часа, состояние девочки ухудшилось.
— Ты ведь понимаешь, что она умрет? — спросил Легран и проникновенно взглянул в глаза баронессы.
Ему не нужно было смотреть два раза на рану, чтобы понять это. Такие ранения редко заканчивались выздоровлением. Даже простой порез на руке мог привести к смерти, не говоря уже о дыре в животе.
В драках те, кто хочет убить, всегда метят в живот. В него легко попасть, и после ранения невозможно выжить. В шею попасть сложнее, как и в голову. Можно попробовать пробить грудь, но всегда есть шанс наткнуться на ребро. Нет, живот — самый беспроигрышный вариант.
— Ты знаешь этого ребенка? — спросила Галя.
Она сидела на краю кровати и держала девочку за руку. Жар с каждой минутой усиливался. Лихорадка набирала обороты. Внешне рана выглядела нестрашной, но Галина ничего не могла сказать по поводу того, что происходило внутри. Хотя она могла представить.
— Нет.
Легран не солгал. Он, конечно, был смотрителем темной стороны, но при этом не был знаком с каждым представителем преступного мира. Он не слышал имя Майра, а лицо девочки было слишком опухшим и почерневшим, чтобы он мог узнать ее по внешности.
— Почему кто-то мог сделать такое? — спросила Галя подавленно. Для Галины Николаевны людская жестокость всегда была чем-то непостижимым.
— Не знаю, — Эруард качнул головой. — Наверное, что-то не поделили. Возможно, она зашла на чужую территорию. Или перехватила чьего-то клиента. Такое случается постоянно.
— Да? — Галя взглянула на него озадаченно, а потом поднялась и поменяла компресс на лбу пострадавшей.
