Постепенно Галина начала замечать, что чем дольше не трогает фолиант, тем слабее становится вмешательство в разум. Создавалось впечатление, будто книге требуется постоянный контакт для того, чтобы ее установки полностью вписались в сознание.
Стало понятно, почему Умник не желал, чтобы Галя часто прикасалась к книге.
С одной стороны, казалось, что книга не делает ничего страшного, просто облегчает принятие магии. С другой стороны, фолиант, меняя принципы, вмешивался в личность. Учитывая, что делалось это без согласия человека, подобное действие можно было расценивать как умственное насилие.
Вообще, такая магия, на взгляд Гали, была не слишком удобной. Она прочла достаточно книг в своей прошлой жизни, поэтому ощущала нечто вроде разочарования. Ей не хотелось резать петухов каждый раз, когда требовалось помыть полы или убраться в комнате. Честно говоря, у нее не было ни одной мысли по поводу того, куда можно приспособить такую магию.
Так было до тех пор, пока она не увидела в первый раз свое отражение.
После попадания у нее не было шанса рассмотреть свою новую внешность. Зеркал в этом мире она не заметила (если они и были, то только у самых богатых), люди смотрелись в натертые куски металла, но даже их у Галины Николаевны не было.
Первое знакомство со своей внешностью состоялось на рынке. Один из торговцев предлагал купить медный поднос, который можно было использовать как зеркало.
Галина не собиралась покупать что-то настолько дорогое (да, поднос стоил баснословно дорого), но не могла упустить шанс увидеть себя.
Собственное отражение едва не вызвало у Галины депрессию. Такой полной она никогда не была.
Единственным плюсом (кстати, сомнительным), который она смогла разглядеть, была идеально гладкая кожа. Честно говоря, кожа была даже слишком гладкой, а лучше сказать, натянутой. Выглядело это не очень привлекательно. Впрочем, это был не единственный недостаток.
И это она еще похудела!
Но, как и любую другую женщину, столь медленный прогресс Галину Николаевну никак не устраивал.
Нет, она понимала, что худеть нужно медленно, иначе потом можно будет столкнуться с дряблой и провисшей кожей, но… Как всегда, это пресловутое «но».
Одно время она подумывала о том, чтобы обратиться к магии. Один убиенный петух — и она сможет скинуть сразу килограммов десять. Разве не прекрасно?
Голоса, явно внедренные книгой, нашептывали, что в подобном нет ничего страшного. Петуха потом можно будет съесть. Этих птиц все равно растят для еды.
