Щеки пылали от стыда, но я старалась игнорировать лишние эмоции. Лучше не думать, а делать. Я выбрала для себя ориентир и упрямо следовала ему — оральная ласка, значит ласкать. Представила, как бы я ласкала любимого человека, целовала его губы, согревала шею дыханием, и все это переносила на возбужденный орган: целовала бархатную головку, привыкая к солоноватому привкусу, перемещалась по стволу, рисуя дорожку кончиком языка, и несмело погружала в рот теплый орган.
Запах мужского начала заполнял мои ноздри, волновал и вызывал двоякую реакцию.
С одной стороны внутри сворачивалось отторжение из-за его специфики, но с другой появлялось странное желание вдыхать его снова и снова.
Я не знала, что чувствовал Арбатов. Был ли доволен или просто терпел? Но главное, что он не заставлял меня поднимать глаза. Возможно даже, таким образом, я и получила шанс незаметно погрузиться в процесс. Сосредоточилась на том, чтобы сделать свою ласку максимально приятной.
В какой-то момент мужские пальцы запутались в моих волосах и жар спустился по позвоночнику.
Тогда это случилось… Наши глаза встретились и я буквально остолбенела, беспомощно глядя вверх. Демид был доволен. Пламенный блеск в его взгляде говорил мне об этом. И словно зачарованная этим пониманием, я как-то спокойно доверилась, когда он перехватил инициативу в свои руки. Взял член и, надавив ладонью на затылок, погрузил его в мой рот. Без резких движений, но непреклонно показывая свое желание.
Я быстро уловила смену темпа и под этим контролем, начала заглатывать каменный ствол, двигаясь по нему влажными губами. Но он был такой большой, что в меня едва помещалась половина. Тогда Демид обхватил его моей ладонью у основания, чтобы я помогала себе таким образом.
Челюсть очень быстро начало сводить. Никогда бы не подумала, что это так тяжело! Но я продолжала стараться. Рука Арбатова периодически натягивала мои волосы, собранные в хвост и каждый раз неуправляемая горячая волна расходилась по телу.
А еще рот как будто расслаблялся, и у меня получалось все лучше и лучше.
В какой-то момент он слишком сильно дернул волосы и начал сам толкаться в меня. Я думала что задохнусь… Пыталась сопротивляться, скулила, но тщетно. Он вгонял член в рот, пока не закончил, и не ударил горячей струей в горло.
— Глотай, — раздался строгий баритон.
И Арбатов не отпускал, пока я, в конце концов, не сглотнула вязкую субстанцию.
