А там все стоит и никто ума не приложит, куда делся смотрящий?
Встретили меня в нужном месте в нужное время. Тепло встретили, со стволами с разговорами умными. Этот проныра хорошо мозгами повертел, прежде чем депо делать. И отвлекающий маневр устроил для алмазной девочки, чтобы притянуть как мотылька.
Я ведь чуял подвох, даже на разговор пошел. Катя никуда бы не уплыла в своем рвении спасти все задницы сразу! Ни на шаг бы ее не пустили, если бы я учел одно “но”… Этот мудак восстал из мертвых и щелкнул меня по носу.
Охрана обосралась, до меня не достучалась, и так гнилой родственник красиво увел Апмаз из рук Паука.
Мотор зарычал, и стрелка снова наклонилась к опасной отметке. Мои руки до сих пор были в крови тех, кто решил, что авторитеты свой статус за добрые дела получают, да за красивую рожу. Наивные, совсем зеленые слепцы — решили, что Арбатова легко убить. Да только со смертью у меня давние споры. так что не вышло. Сегодня я был палачом.
Не трудно было спожить в уме, для чего все это делается.
Дергало только то. что под замес попадает драгоценный цветок! Еспи шакалы меня хотели сразу нагнуть над могилой, значит, зачем-то Катя им еще нужна. Везучая, мать ее…
Что ж, пришла моя очередь восстать из мертвых.
Они забыли, с кем связались. Все забыли.
Но теперь уже никакая крыша меня не остановит.
Глава 18
КАТЯ
Я проснулась от чьих-то гулких шагов. Не представляю, как мне вообще удалось уснуть в этом холодном сыром месте. Еще и на полу. Я просто отрубилась где-то в середине ночи, а может, и на рассвете — окон и часов в этой темнице не было, чтобы ориентироваться.
Пока меня вели от машины до подвала, я не уставала кричать: «Где мой папа?!»
Замолкла только после грозного обещания получить удар в живот. Просто язык проглотила и дрожащей ланью упала на пол, прежде чем за спиной хлопнула дверь и я осталась в непроглядной темноте. Кое-как мне удалось доползти по скользкому линолеуму до стены, где я и просидела, пока сознание не унесло меня вдаль.
Сердце ныло от жгучей досады из-за того, что все так глупо вышло.
А еще слова Ромы плетью били по нервам, и как бы я не сопротивлялась, все равно поддавалась ядовитому внушению, что он прав.
Я сама сделала выбор. Сама покинула дом Арбатова…
Замок громко щелкнул, и я зажмурилась от яркого света лампы. Сердце тут же заколотилось о ребра, кожа покрылась холодным потом. Две угрожающие фигуры возникли в проеме, а у меня даже не было сил подняться. Или я просто не хотела двигаться.
