Именно в этот момент возникла мысль, что когда я оказалась под крышей дома Арбатова, он взял на себя ответственность за все, что со мной связано. Абсолютно за все… И я не знала то ли с облегчением выдохнуть. что мои опасения не подтвердились, то ли напротив насторожиться. Слишком остро я ощутила сейчас этот контроль.
_ Когда в последний раз были месячные? — задала Вероника Сергеевна очередной вопрос.
Отвлекаясь от мыслей, я уже открыла рот, чтобы ответить. но вдруг запнулась и нахмурилась.
— В первых числах должны быть… были.
По телу пронесся неприятный жар. Потому что уже был почти конец месяца. Конец следующего месяца!
— Не волнуйтесь, — вовремя прервала врач мой мыслительный процесс, необратимо ведущий к панике. — Это частое явление при гормональной перестройке. К тому же препарат, который вы выбрали, принимался внепланово, верно?
— Да… — растерянно отозвалась я, напряженно наблюдая за тем, как она снова что-то начала печатать на клавиатуре.
От волнения живот сводило. Я вообще не знала, как ориентироваться в этой ситуации! Поэтому честно рассказала Веронике Сергеевне все, что успела предпринять во избежание беременности.
И мне ничего не оставалось кроме как довериться специалисту.
После осмотра на кресле, по ее рекомендации у меня взяли пару анализов, а затем я получила упаковку зарубежного препарата экстренной контрацепции с подробной инструкцией использования. На прощание Вероника Сергеевна сообщила, что в ближайшие дни я должна прийти на прием, чтобы узнать результаты анализов и выбрать оптимальный метод для предохранения.
Из кабинета я вышла, пребывая в какой-то прострации. И всю обратную дорогу это состояние не отпускало. Я даже не вспомнила, что собиралась попросить Константина заехать ко мне домой и забрать ноутбук. И никак не могла понять, что не так… Что тяжестью засело внутри, и тянет, тревожит, постоянно напоминает о себе.
По приезду в дом Арбатова, я сразу поднялась в его спальню и сидела там, пока за окнами не начало темнеть.
Устроилась на подоконнике и задумчиво наблюдала, как покачивает ветер кромки деревьев. А внутри царила тяжелая тишина. Ничего не хотелось делать, ни о чем не хотелось думать. Только бы вырваться куда-нибудь отсюда. Отвлечься, прийти в себя. Тем более родители ждали моего приезда…
Внутри прошла волна негодования — это был обман. Я просто оправдывала свое желание убежать! Убежать от собственных заблуждений, которые опасно прогрессировали в этом доме, рядом с ним.
