– Мам, что с тобой случилось?! – перепугался Ромка и ринулся к Анне."
"– Ром, – успел перехватить его Северов и объяснил ровным, спокойным тоном: – В общем и целом с мамой все в порядке. Она получила удар по голове, но, насколько я могу судить, не особой тяжести. – И спросил парня, всматривавшегося в его лицо: – Ты потерпишь немного, пока мама приведет себя в порядок, а я поговорю с Александрой Юрьевной, а потом мы все объясним?
– С ней точно все в порядке? – переспросил гораздо более спокойно мальчик.
– Ну, голова у нее будет болеть сегодня определенно и шишка вылезет приличная, но сотрясения тяжелого нет, так что, думаю, за пару-тройку дней все пройдет.
Но можем и отвезти ее в клинику к докторам, проверить, чтобы наверняка, – дал мальчику полный ответ Северов.
– Я за клинику, – оповестил Ромка и согласился. – Ладно, я подожду подробностей, но недолго. Я все-таки нервничаю.
– Мы постараемся управиться быстро, – что мог, пообещал Антон.
– Так что случилось с Анной? – спросила Александра Юрьевна, когда они с Северовым прошли в ее кабинет, где хозяйка, опустившись в кресло у ажурного кофейного столика палисандрового дерева, указала рукой на другое кресло Антону и дождалась, когда мужчина примет ее приглашение и сядет.
– Ее ударили по голове, – ответил гость. – Анну спасли волосы, скрученные в пучок, основной удар пришелся на них и по касательной.
– Кто? – очень жестким, холодным тоном отрезала хозяйка кабинета, чуть прищурившись, глядя в лицо собеседнику.
– А вот на этом вопросе, Александра Юрьевна, возникает интересная интрига, – улыбнулся уголком губ Северов и спросил: – Вы ведь знаете Юдина Станислава Михайловича?
– Полпреда президента в Санкт-Петербурге? – приподняла вопросительно бровь Александра Юрьевна.
– Совершенно верно, – подтвердил Северов и внес уточнение: – И не просто полномочного представителя, а представителя, скажем так, проводящего достаточно четко обозначенный президентский контроль за промышленностью, в том числе и коммерческой, в Питере и Ленинградской области.
– Именно так, – кивнула собеседница, но задавать очевидный в такой ситуации вопрос «при чем тут он?» не стала.
Северов испытывал прямо-таки эстетическое удовольствие, беседуя с этой женщиной, – высший класс! Тонко, виртуозно, высокая дипломатия и искусство ведения переговоров: не задавать визави наводящих вопросов, тем самым выказывая себя как нетерпеливого и слишком заинтересованного человека, сразу же становясь зависимым от ответов собеседника.
