– Откуда такой вывод?
– Потому что Аня могла согласиться приехать за мной и познакомить со мной только человека, которому доверяет. А в людях она не ошибается.
– Все ошибаются, – качнул головой Антон, но довольный такой наивной уверенностью ребенка. – Люди так устроены, что всегда скрывают темные стороны своей натуры. И самые удачные мошенники, аферисты и серийные убийцы, как правило, милые, обаятельные люди, кажущиеся совершенно неопасными.
– А вы разве не знаете про ее дар? – подивился Ромка.
– Какой дар?
– Ну, это вам лучше спросить у нее самой, – пожал мальчишка плечами. – Я так толком и не разобрался, как он работает и при каких условиях. Но мама может видеть и чувствовать настоящую скрытую суть человека. И нарисовать ее, – и поделился впечатлением: – Неприятные, скажу вам, картинки. Видел я парочку портретов мерзавцев, которых она нарисовала. Бр-р-р, – и вздохнул озабоченно, поделившись опасениями: – Но я все-таки переживаю, что даже эта способность ее не защитит, иногда она такой прямо наивняк голимый, что офигеваешь.
Глаз да глаз за ней нужен, – и произнес солидно: – Приглядываю как могу.
– А ты в курсе, что твоя мама ужасно переживает, что недодает тебе мужского воспитания? – хмыкнув, спросил Антон."
"– Да-а-а, знаю, – отмахнулся пацан. – Это у нее навязчивая идея такая, что без мужского воспитания из меня не вырастет настоящий, крутой перчуган, мужчина, способный брать на себя ответственность.
– На мой взгляд, – как бы между прочим заметил Северов, – у нее уже получилось воспитать будущего настоящего мужчину получше, чем у многих крутых перчуганов.
– Да? Вы думаете? – спросил Ромка, старательно делая вид, что не сильно-то заинтересован его мнением.
– Почему-то я в этом уверен, – не стал убеждать его Северов. – Но поживем – увидим.
– Я купила белых грибов, – подошла к ним довольная покупкой Анна, – просто замечательные: крепенькие такие, не червивые, я сделаю с ними потрясающие слойки и царский грибной суп.
– Ну что, поехали? – наддал оптимистических ноток Северов.
В «Озерное» приехали поздно вечером. Антон довез Аню с сыном до дома Александры Юрьевны, помог перенести вещи, но от приглашения отужинать вместе отказался, сославшись на дела, и, откланявшись, уехал к себе домой, перед этим стоически выдержав благодарственную тираду Анны.
