- Послушай, - привлекла я внимание Юны, с которой мы сегодня занимались выделкой шкур, - а почему вы не умеете пользоваться оружием?
- Женщинам нельзя, - пожала та плечами с таким видом, словно я спросила несусветную глупость.
- Но если вы живёте без мужчин, кто вам может запретить?
Юна подняла голову и надолго задумалась.
- Мы привыкли, - наконец услышала я.
Женщина снова принялась скоблить шкуру. Дело это было нудным, долгим и кропотливым. Свежую кожу очищали от кусочков мяса и перьев, если они были.
Потом замачивали и скребли каменными лопатками, снова и снова, пока кожа не размягчалась. И тут надо было следить, чтобы она осталась целой. Потом куски, как могли, разрезали “ножом”, пуская их на одежду и обувь, представлявшую собой грубые кожаные портянки, кое-как стянутые тонкими ремнями.
""Платья"" тоже представляли собой апогей примитивизма: куски выделанных шкур просто обматывали вокруг бёдер и груди. Или делали прорезь для головы, скрепляя на талии верёвкой. Но такие большие шкуры попадались нечасто, так что в «тунике» щеголяла только Дая, остальные довольствовались лоскутами.
- Я тут придумала ещё кое-что, - снова оторвала Юну от её занятия. Женщина отёрла пот со лба, подняв на меня усталый взгляд.
- Нам нужны тонкие и острые кости.
- Зачем? Новое оружие? - глаза загорелись любопытством.
- Лучше, - улыбнулась ей, - новая одежда.
- Погоди, - женщина обтёрла мокрые руки и куда-то ушла, вскоре вернулась с несколькими тонкими и длинными костями, - такие?
- То, что надо, - кивнула я.
Закончив с работой, взяла «точильный» камень, который припрятала у себя в хижине и придала костяшкам вид иглы, хорошо заострив конец. Найдя кусок ненужной, дырявой шкуры, попыталась аккуратно её проткнуть. Кожа поддавалась плохо, но всё же у меня получилось. Скрепив дырки между собой тонкими полосками, с торжеством продемонстрировала поделку Юне.
- Вот!
Женщина скосила глаза на кривую тряпицу, с сомнением осмотрев её.
- Подожди, когда шкуры будут готовы, мы сделаем себе красивую одежду.
Жизнь потихоньку налаживалась. Жительницы деревни охотно перенимали все новинки, придуманные мной. Мы обзавелись деревянной посудой, сделали для себя острые копья и ножи, наплели пращи. Потихоньку начали выбираться дальше в джунгли, разыскивая съедобные растения.
До этого мои амазонки не уходили больше ста метров от поселения, благо там в достаточном количестве росли деревья гинкго и пальмы, с которых собирали плоды.
