Марина резко свернула с основной дороги на боковую, ведущую в промзону и буквально через пару минут мы остановились в каком-то глухом тупичке. Вокруг было серо и пусто, только ветер гонял обрывки газеты, сорванной с мусорной кучи.
— Давай быстро назад— требовательно приказала Марина и мы синхронно открыв двери сменили местоположение.
Я, выходя со своего места, максимально отодвинул вперед оба передних сидения, и сзади образовалось довольно большое пространство. Как только мы оба оказались на заднем сидении, Марина буквально впилась в меня губами, а ее руки, уже залезли под мою одежду, и жадно лаская мое тело.
Я, в свою очередь, снова запустил одну руку ей под юбку, лаская влажную скользкую бусинку, а другой рукой, теребил набухший сосок на ее груди. Марина, не отрывая от меня своих губ, стала постанывать и активно двигать тазом в такт движениям моей руки. Потом оторвавшись от меня, она рывком потащила с меня спортивные штаны вниз и одним махом с довольным урчанием уселась сверху. Какое-то время, моя великолепная наездница, бешено скакала сверху, а потом, с громким криком, не слезая, откинулась назад, опершись спиной о спинку переднего сидения.
Все ее тело сотрясала крупная дрожь. Я чувствуя, что мне этого мало, дождался пока Марина успокоится, и развернув ее на сиденье задом к себе, вошел сзади. Места в машине было маловато, и мне пришлось открыть дверцу машины, так что голова Марины оказалась снаружи. Было забавно видеть, как под моими сильными толчками, она с громкими стонами высовывается из машины, а ее распущенные волосы мотаются в разные стороны.
Когда все закончилось, мы снова закрылись и Марина, прильнув ко мне всем телом, тихонечко прошептала мне на ухо
— Гадкий мальчик, умеешь ты, однако, доставить удовольствие девочке.
— Ты хотела сказать плохой девочке — я, принимая игру, шлепнул ее по оттопыренной тугой попке.
— Да, я очень плохая девочка, и я хочу еще. Давай, ты сегодня никуда не пойдешь, и мы проведем весь этот день у меня.
Марина начала, соблазнительно изгибаясь, тереться об меня всем телом, и я почувствовал нарастающее возбуждение, застилающее все благие мысли.
— А как же занятия в школе, как мне потом отмазаться? — борясь с искушением, вслух подумал я.
— Так ты еще школьник⁈
Марина в изумлении отпрянула от меня.
— Ну да, я десятый класс заканчиваю в этом году. — подтвердил я — а тебя это как то смущает?
— Ну ни хрена себе! Когда ты говорил что учишься, я-то думала, что тебе лет двадцать, и ты студент в каком-нибудь институте.
