Я и так понимал, что все идет к этому. А потому еще загодя приготовился к бою.
= Активация выбранной схемы боя, по заданным входным параметрам, – среагировал на опасность Симб. Меня выбрасывает из кресла. Метки уже раскиданы еще в тот момент, когда я оказался в этом кабинете. Последние три метки я прицепил, когда заметил направляющиеся в кабинет метрические ауры идущих сюда фурий.
А теперь прыжок.
= Схема боя задана. Параметры: максимально быстрая нейтрализация противника, время боя минимальное, противник должен остаться живым, степень повреждений ниже критического уровня, состояние противника – паралич, бессознательное, временное отключение нервной активности, реагирование на опасность оператора – максимальная, допустимый уровень повреждение оператора – нулевой.
Помещение никто не должен покинуть. Уровень тревоги – недопустимый.
И пошла свистопляска.
Картинка раскрасилась какими-то непонятными линиями и цифрами, обозначающими ту или иную вероятность.
Прыжок. Нанести удар. Прыжок. Воспроизвести плетение.
Прыжок. Прыжок. Заблокировать дверь. Наложить плетение «тишины». А теперь пляска теней и ударов. И так долгие две секунды. Вываливаюсь из этой круговерти. По комнате раскиданы тела.
= Задача выполнена на сто процентов. Все параметры выполнены с приемлемой погрешностью.
Оглядываюсь. И правда, все живы. Кто находится без сознания, кто просто не может никак отреагировать на внешнее окружающее пространство.
Что за плетения применял мой искин и откуда он их вытащил, я не понимаю, но в памяти Иилы или доставшейся мне цепочки воспоминаний других живших народов этого точно не было, но Симб откуда-то все это выудил.
И теперь я ими мог свободно пользоваться.
Так, необходимо обеспечить нам дополнительное время. Как быстро они придут в сознание?
= От двадцати минут до одного часа.
«Необходимо растянуть все на один час», – даю я себе мысленную установку и практически в то же мгновение получаю исправленное плетение, которое подсовывает мне мой виртуальный искин.
Так, а теперь работаем.
Двенадцать активаций, и у меня появилось время, чтобы работать дальше.
Оглядываюсь. Натыкаюсь на какой-то пустой и ненавидящий меня взгляд командира отряда фурий.
– Прости, – пробормотал я, – это все ради твоей сестры. Если что, принесу свои извинения потом.
И направляюсь к двери.
Незаметность. И выбраться в коридор. Так, закрыть дверь. По их уставу, пока не снята табличка о ведении переговоров, к ним никто не сунется.
Так что можно работать. Иду дальше.
