— У меня на этот случай припасена бутылка самого лучшего шампанского, которое удалось раздобыть в Вавилоне!
— Шипучка оскорбляет мои старания, — фыркнула Эбби. — Еще и на ужин небось будет ваша эта лапша, только самая лучшая? Срок годности, наконец-то, не истечет?
— Обижаешь. Я тебя завтра удивлю, — возразил ей Боб и, пританцовывая с банкой пива в руке, пошел в нашу маленькую гостиную.
Я допил пиво и присоединился к Бобу. Надо было посчитать деньги.
В плюсе пришедшие от Энигмы суммы, доля полученная от Снежаны и старые запасы.
В минусе автодом, траты на обустройство станции, еда, вода и прочие закупки и зарплата коллектива (причем с запасом на пару месяцев вперед). Итого, у нас остался один миллион восемьсот тысяч, которые мы могли бы заплатить за кредит. Ну что же, почти половина суммы.
Правда, Роберт уже прислал новую смету. Теперь закупки на внутреннее убранство станции — мебель, техника. По одному все вроде бы не дорого, но вместе, да еще и с чертовски дорогой доставкой, выходило опять прилично.
Взял в руки свою тач-панель и завалился на кровать. Теперь — путь к монолиту. Чтобы уж точно расплатиться, и нормально обустроиться.
Чтобы дойти до нужного района, мне предстояло пересечь три сектора. Один из — добывающий айслид — «нефть» нового времени. Гореть — не горит, но и не замерзает.
Я кликнул на картинку — даже установка чем-то была похожа на старые нефтяные, которые использовали для добычи в моем старом мире. Палка с клювом над скважиной.
До этого сектора я должен был добраться достаточно быстро.
Только пересечь равнину и горную гряду. Займет пару дней.
Дальше меня ждал заброшенный сектор с повышенным фоном энергии. Его пытались освоить лет тридцать назад, но не потянули. А планировалась целая поляна «ветряков» для сбора энергии. Похожу, монстры делиться поляной не захотели.
Потом — серая зона, здесь не было ни номера сектора, ни какой-либо информации о том, что там находилось.
Именно в этой зоне по расчетам Лейна и должен был находиться монолит.
Глава 25
На следующее утро я проснулся раньше всех. Даже Эбби еще спала, хотя обычно она была ранней пташкой, и пока мы с Бобом раскачивались, она уже натягивала на себя скафандр и выбиралась на станцию.
Я заварил себе кофе и покормил чибзика. Это существо подрывалось со своего места сразу, как только слышало малейший шум со стороны чьей-нибудь кровати.
— Ну что, Мей-ли, у тебя сегодня большой день, — обратился я к чибзику и, кажется, даже вслух.