Почему с Амраном, который по сути являлся мне чужим мужчиной, еще и который столько лет демонстрировал неприязнь, мое тело откликалось?!
Это смущало и казалось неправильным…
А боль все же настигла меня. И в этот момент все то, что я анализировала внутри себя с мужскими прикосновениями, резко потеряло значение. Я старалась терпеть, как велела тетка. Изо всех сил старалась, правда! Но все равно заплакала… Даже попыталась отползти, но Амран легко удержал меня на месте.
Эта боль внезапно принесла не только физическое наказание, но и моральное.
Ведь она ознаменовала то, что я больше не невинна… И что я потеряла эту невинность самым падшим способом!
Я вдруг остро осознала, что не могу представить свое будущее. Что совершенно не знаю, что будет со мной дальше! Теперь — когда я больше ничего не стою…
Все закончилось внезапно. Хотя боль уже как будто стала таять, Амран остановился и освободил меня. Однако тяжесть, которую несло его тело, наказанием осталась со мной. Она безвозвратно заполнила меня до глубины, приводя в полную дезориентацию.
Амран
От меня не ушло, как застыла она, едва увидела кровать и неизбежно поняла, что я привел ее в спальню. Обернувшись, Алия впилась в меня таким взглядом, будто я монстр, обманом заманивший ее в ловушку. В какой-то степени именно так я себя и чувствовал. Однако замок на двери провернул хладнокровно.
— Ам-мран Салихович… что происходит? — разнесся по комнате голос отступающей девушки, пронизанный беспомощностью. Хотя я не делал попытки приблизиться.
Пока.
— Я согласен, — озвучил вердикт напряженными губами.
— Что?.. — Аля нахмурилась, перестала пятиться.
— Ты предлагала мне взять невинность, — напомнил я, чувствуя, как сковывает титаническим напряжением мышцу за мышцей в теле. — Я принимаю твое предложение.
Эти слова привели девушку в оторопь, от которой она потеряла дыхание. Время неизбежно ускользало, поэтому я не дал ей шанса справиться с этим. Не спеша, но решительно сократил расстояние, которое напрасно казалось Але безопасным, и без снисхождения вторгся в ее личное пространство.
Вблизи лицо девушки, особенно обезоруживало потерянным выражением. И я жадно вглядывался в него, пытаясь выискать хоть какую-то долю согласия, положительный сигнал, чтобы позволить себе продолжить начатое.
— Куда же делась твоя смелость, девочка? — спросил, намеренно выдергивая наружу мотивы, о которых она забыла. Стимул, который подтолкнет ее идти навстречу моему решению добровольно.
