Но как Гретка говорит: меня прижало."
"— Ясно. Деньги понадобились.
Нина хотела возразить, попытаться объяснить, из-за чего и ради кого она на это идет, но в последний момент поняла, что Жабе на это наплевать. Поэтому лишь кивнула.
— Да. Выпустишь меня?
Витя развалился в своем дорогущем кожаном кресле и покачивался в нем, продолжая Нину разглядывать, на этот раз с удовольствием.
— Зависит от того, что ты мне предложишь.
— Шоу, — твердо сказала она. — Голых девок у тебя и так достаточно.
Витя подался вперед и навалился на стол.
— А ты у нас другая?
— Нет, Витя, я не другая! Я такая же, как они, и здесь я по той же причине: мне деньги нужны.
Но я прошу дать мне шанс. Ты знаешь, что я могу. И я сделаю тебе шоу, а вот если не получится… тогда…
Она замолчала, а Витя рассмеялся, противно так, будто в предвкушении, у Нины мурашки побежали. Но, в конце концов, он сказал:
— Десять дней. Другого шанса у тебя не будет. Сколько тебе надо времени?
У Нины от волнения сердце едва из груди не выскакивало.
Она знала, что Жаба согласится, но когда это произошло, поняла, что пути назад точно нет. Если она испугается и откажется, ей и в
«Тюльпане» больше места не будет.
— Мне нужна неделя.
— Хорошо. — Витя был до противного спокоен и покладист. Только руку ей протянул, чтобы скрепить уговор. Нина шагнула к его столу, подала свою руку, а Жаба, вместо того, чтобы ее пожать, перевернул и приложил Нинину ладонь к своей щеке, накрыв своей ладонью.
— У меня предчувствие, что мы с тобой сработаемся. Тебе понравится, Нинок.
Руку Нина отдернула, а на Жабу взглянула свысока.
— Все, что мне может понравиться, это деньги, Витя.
Он снова на кресле откинулся, а на нее смотрел с мерзкой улыбочкой.
— Я запомню.
Неделя пролетела незаметно. Так же, как и следующие десять дней. Нине казалось, что она не живет, а смотрит словно со стороны какой-то странный сон со своим участием. Первую неделю она репетировала, ставила номер, делала это отстраненно, будто не для себя, но выкладывалась по полной.
Девчонки за ее спиной шептались, но она не обращала внимания, с головой ушла в работу. Иногда ловила себя на мысли, что репетирует с такой страстью и остервенением, будто к чемпионату мира готовится. День первого выхода приближался, она нервничала, ладони потели только от одной мысли о том, что придется выйти и танцевать перед мужчинами, пришедшими в «Тюльпан» с определенной целью.
