Галстук подходит? — Нина подошла к нему, подтянула узел, потом провела ладонью по тёмно-бордовому шёлку.
— Да, замечательно. — В лицо ему посмотрела, а Костя попросил:
— Прекрати себя изводить. Половина из того, что ты сказала — полная ерунда.
Она кивнула, не споря, но и не спеша соглашаться.
— Слава позвонит, когда подъедет.
Нина проводила его до дверей, поцеловала на прощание и заставила себя улыбнуться, когда Костя её по носу щёлкнул. Что ж, надо признать, что он воспринял это утро, куда спокойнее, чем она.
Она лила слёзы, говорила, как он считал, глупости, и, наверное, решил, что ей тоже не мешало бы записаться на приём к психотерапевту (не зря же спросил об этом?), но всё же, уходя, не казался впечатлённым и не кинулся от неё вниз по лестнице сломя голову. Если мужчина принимает твои истерики без страха, это уже что-то значит или он просто твердолобый?
— Ариша, собери портфель, мы скоро поедем в школу. — Нина заглянула на кухню, увидела дочь перед клеткой, и на секунду остановилась, не зная, стоит ли позволять ей так привязываться к попугаю.
Арина, буквально, на шаг от него не отходила. — Арина, ты меня слышишь?
Девочка обернулась через плечо, кивнула. И снова повернулась к Грише. Тот высунул голову в открытую дверь клетки, огляделся, а когда остановил взгляд на лице девочки, неодобрительно качнул головой. И спросил Костиным голосом:
— Чего молчишь?
Та немного отодвинулась, оглянулась, но матери не увидела. А на попугая кинула обиженный взгляд и с дивана поторопилась спрыгнуть.
Мебель пришлось оставить в съёмной квартире. Нина пока собирала оставшиеся вещи, всё оглядывалась, пытаясь решить, как поступить. Конечно, можно было бы снять какую-нибудь комнату, помещение или попытаться договорить с Евгенией Петровной, и оставить мебель на время, но Нина чувствовала огромное нежелание всем этим заниматься. Диваны, холодильник, шкаф… Все эти вещи принадлежали к жизни, к последним двум годам, о которых не слишком хотелось вспоминать.
Не было в них ничего хорошего. Нужда, ссоры, развод… «Тюльпан». В какой-то момент Нина даже пнула свой диван, и замерла, уперев руки в бока и оглядываясь.
Одежда и игрушки были собраны, книги и личные вещи упакованы, и единственное из крупных вещей, что Нина собиралась забрать — это низкий столик, за которым Ариша привыкла рисовать.
Он был расписан вручную и уже не единожды после покупки залачен, но выглядеть от этого менее привлекательно не стал.
