— Так ты за честность? — Он зло усмехнулся, вышел за ней в коридор, смотрел, как она идет в противоположную сторону от зала. Босая, волосы развеваются, а юбка подчеркивает талию и бёдра. Рукой взмахнула, видимо, советуя ему пойти к чёрту. За угол завернула, а Шохин от злости ударил кулаком по стене, и сам же рукой затряс, выругавшись вполголоса.
В зале было всё также многолюдно и шумно. Костя сел в баре, заказал ещё виски, а сам все посматривал на тяжёлые шторы, скрывающие вход в гримерку. Почему-то думал, что Нина выйдет.
Переоденется и выйдет. Хотя бы ему назло. Но прошло полчаса, он выпил ещё три порции, нервы натянулись до предела, а в голове наметился чёткий гул, и он решил послать всё к чёрту. Бегать он за ней точно не станет. И уговаривать упрямую бабу тоже. У него на это ни времени, ни желания нет.
Но поведение Нины раздражало. Он, в принципе не понимал, из-за чего она вдруг взбрыкнула.
Разве это он начал играть в дворцовые интриги? Хотя, это обычное женское поведение, удивляться не стоило, но Нина реально расстроила.
Она ему нравилась, на самом деле нравилась, и он очень надеялся, что ей хватит ума не доставлять ему лишних проблем. Этого сполна хватило с бывшей женой. Вот та, стерва последняя, все нервы вымотала, прежде чем согласилась уехать в Париж, и не мешаться под ногами. Они последние три года жили, как кошка с собакой, разъехались за год до расставания, и Шохин тогда вздохнул с облегчением.
Жанка переехала в загородный дом, который потом и потребовала в своё полное владение, хотя стоил коттедж столько, что у нормального человека дух минимум на час бы захватило.
Напоследок преподнесла ещё один подарочек, завела любовника-адвоката, ушлого малого, который очень быстро смекнул, как развести на деньги влюблённую дуру. Не его, конечно, нет, с Шохиным он был весьма вежлив и терпелив, хвост распушал, как павлин, пытаясь придать себе значимости, а вот Жанку подзуживал, и та активно трепала Косте нервы и душу. С трудом удалось от него отделаться.
Не слишком приятным и законным способом, но паренёк из города поспешил исчезнуть, правда, прихватив кругленькую сумму и драгоценности любовницы. За их пропажу тоже Косте досталось, но он стерпел. И тогда уже начал с женой договариваться. Не то чтобы этого очень хотелось, его воля, он бы её до Парижа голой отправил и пешком, но обстоятельства требовали проявить выдержку. И после года нервотрёпки захотелось чего-то беспроблемного, перемежающегося с бурным сексом.
