Из-за этого у тебя никогда не бывает свободного времени. Но, Костя, я, правда, рада…
— Чему?
— Тому, что… послушала Гретку в своё время. — Шохин не сдержал смешка, а Нина не смотря на это продолжила: — И что не струсила. Не знаю, сколько это продлится, но мне хорошо с тобой. — Потом опомнилась и спросила: — Я зря всё это говорю, да?
— Да ладно. Женщины — существа сентиментальные.
— Конечно. Особенно, пьяные женщины.
Костя отстранился, взял её за подбородок и заглянул в глаза. Посетовал:
— Я просил тебя — ешь. — Продолжал поглаживать пальцем её подбородок, взгляд переместился на губы, секунду сомневался, а потом поцеловал.
Но когда Нина потянулась к нему, в ожидании продолжения, отстранился и снова усадил её за стол. — Съешь хотя бы салат. — А когда она инстинктивно попыталась отодвинуться, положил руки ей на плечи, продолжая настаивать: — Пожалуйста. Мне не нравится, как ты выглядишь сегодня. Бледная, нервная… и пьяная, — закончил он.
Нина взяла вилку и даже заставила себя проглотить немного салата.
Украдкой наблюдала за Шохиным, который обошёл стол и сел напротив.
— Расскажи мне о девочке.
Это странно и отстранённо прозвучало: девочка, но спорить Нина не стала. Одно то, что он спрашивал, интересовался, для неё много значило.
— Ей шесть лет. Я забеременела вскоре после травмы, совершенно неожиданно. Наверное, если бы не беременность, смогла бы вернуться, но… Я сейчас скажу тебе то, чего никогда никому не говорила: когда я узнала про беременность, я почувствовала невероятное облегчение.
Это значило, что на танцпол я не вернусь, ещё какое-то время, хотя, сейчас я уже понимаю, что это было роковое решение для моей карьеры, и это понимали все вокруг, кроме меня. Я же была уверена, что ничего страшного не случится, если я пропущу год, восстановлюсь окончательно за это время. Мне едва исполнилось двадцать, когда она родилась, — Нина развела руками, — и всё оказалось, куда проблематичнее, чем я предполагала. У Пашки уже была другая партнёрша, с которой тоже не всё ладилось. К тому же, нужно было как-то зарабатывать, он танцевал в клубах ночами, он сократил количество репетиций, в итоге их пара вылетела из всех конкурсов, а виновата была я.
— Встретила Костин взгляд, и поторопилась объяснить: — Я на самом деле виновата, это не просто его или мои слова. Я решила родить ребёнка, что при нашей профессии судьбоносное решение. Танцовщицы в двадцать лет редко рожают, понимают, чем им это грозит.
— Ты жалеешь? — удивился он, а Нина взглянула ошарашено.
