Ей вдруг показалось, что Каролина проехала по парку в модном каррикле… Разумеется, это был полный вздор. Она сразу поняла, что обозналась, когда мельком увидела сидевшего рядом с дамой джентльмена, уверенно правившего парой холеных серых лошадей. Элизабет признала в нем аристократа; правда, лицо его выглядело несколько зловещим из-за шрама, идущего через всю левую щеку. С такими лихими щеголями сестры Коупленд знакомства не водили.
Мимолетная встреча в парке лишний раз напомнила Элизабет о том, как она тоскует по сестрам.
Приехав в Лондон, Элизабет быстро поняла свою ошибку; она не сомневалась, что Каролина успела осознать то же самое. Две сестры так внезапно покинули Гемпшир, что не подумали о том, как они смогут узнать, когда лорд Фолкнер покинет Шорли-Парк и покинет ли он его вообще. Следовательно, у них нет никакой возможности выяснить, когда они смогут вернуться домой.
Пока она не знает своей судьбы, ей во что бы то ни стало нужно остаться в доме миссис Уилсон, чего она сделать никак не сможет, если поссорится с любимым племянником своей хозяйки.
— Еще раз примите мои извинения, милорд, за… возникшие недоразумения, — сухо проговорила она. — Впрочем, ваша тетушка рада будет услышать, что сегодня вам значительно лучше.
— В самом деле? — спросил Натаньел, глядя на нее в упор. — Что именно намерены вы рассказать моей тетушке о событиях сегодняшнего дня?
От его обвинительного тона ей стало больно.
— Больше ничего, милорд.
— Вам не кажется, что и я должен извиниться перед вами за свое поведение? — Он бросил на нее проницательный взгляд.
Нежный румянец окрасил ее щеки. Она опустила глаза и как будто пришла в легкое смятение.
— Милорд, о… том, что недавно случилось, я предпочла бы забыть… А сейчас прошу меня извинить, мне пора гулять с Гектором.
— Она присела в вежливом книксене.
Натаньел, прищурившись, смотрел Бетси вслед. Он испытал легкое разочарование от того, как чернокудрая красавица ответила на его намеренный вызов. Он рассчитывал, что она снова вспылит, но неожиданно ее ясные синие глаза словно погасли, и она снова надела не слишком подходящую для нее маску молодой и скромной компаньонки его тетушки — вернее, тетушкиного песика.
