В какой же переплет она попата! Воспоминания об одном поклоннике вызывают у нее тошноту; в присутствии другого она тает и трепещет…
Может быть, ее отец, в конце концов, был прав, когда отказывал трем дочерям в поездках в Лондон? По крайней мере, Элизабет доказала, как плохо она подготовлена к знакам внимания старших и гораздо более опытных джентльменов!
Она опустила ресницы:
— Кажется, я забыла поблагодарить вас за ваше… своевременное вмешательство.
Натаньел мрачно, невесело улыбнулся:
— Опоздай я еще немного, наткнулся бы на вас в положении, о котором нелегко забыть любому мужчине, не говоря уже о мужчине, который был с вами так близок, как я!
Элизабет ахнула, угадав, что он нарочно хочет ее задеть.
— Как вы смеете напоминать мне о том, что было… сейчас?
— Я много чего смею, — ответил он, подходя к ней ближе и прищуриваясь. — Кстати, возможно, вас утешит, что я еще не рассказал о ваших сегодняшних… похождениях своей тетушке.
Элизабет гордо вскинула подбородок:
— Почему же?
Натаньел растянул губы в улыбке, но она сразу поняла, что ему совсем не весело.
— Элизабет, вы, кажется, разочарованы?
Она покачала головой:
— Всего лишь удивлена, милорд. Мне кажется, в свете ваших подозрений, что вы упустили идеальную возможность. Вы могли бы убедить вашу тетушку немедленно уволить меня. Я же уеду отсюда завтра по собственной воле.
Да, Натаньел не стал разоблачать Элизабет. Вместо этого он сообщил тетке, что назавтра из Хепворт-Мэнор уезжает он… Тетя Гертруда восприняла его слова с огорчением.
Более того, она несколько минут убеждала его остаться. Впрочем, Натаньел пресек все возражения, добавив, что уедет рано утром. Он и так отсутствовал в столице достаточно долго, пока поправлял здоровье в тетушкином имении, и у него скопилось много дел, которые настоятельно требуют его участия."
"На самом же деле истинная причина поспешного отъезда, почти бегства, стояла сейчас перед ним… Бледное лицо, взъерошенные темные кудри, измятое платье… И все же его по-прежнему влекло к Элизабет.
Натаньел понял: если он хочет вернуть хоть толику душевного спокойствия, он должен держаться от нее подальше.
— Да, в самом деле, — холодно согласился он. — Но, как вы уже сказали, едва ли справедливо обсуждать вопрос с третьей стороной до тех пор, пока я не ознакомлюсь со всеми фактами.
